Скажу вам, как моряк моряку, пресноводный лед, особенно из чистейшей байкальской воды, крепче обычного. Рассчитывать на их прибытие сюда раньше чем к середине – концу мая, будет необоснованным оптимизмом.
В той телеграмме, которую сейчас принимают ваши телеграфисты, должен быть приказ германского императора Вильгельма Второго о назначении вас временным губернатором Формозы с чрезвычайными полномочиями. К моменту прибытия британской эскадры остров должен находиться сразу под двумя юрисдикциями. Наш объединенный флот под вымпелами наместника Алексеева и контр-адмирала Ларионова будет крейсировать неподалеку от Тайбея в пределах нескольких часов хода.
"– Гм, – сказал фон Труппель, – герр Иванцов, а как же Гаагские конвенции – запрещающие боевое применение летательных аппаратов? И вообще, вы уверены, что англичане будут стрелять?
– На первый вопрос отвечу коротко, – произнес Иванцов, – нас эти конвенции не касаются.
Что же касается возможного поведения английской эскадры, то могу вас заверить, что нам известны полученные адмиралом Ноэлем инструкции, и он их будет выполнять неукоснительно, поскольку в противном случае его отдадут под суд. Что же до всего прочего, то положитесь на нас. Кайзер Вильгельм будет вами доволен.
– Хорошо, – сказал губернатор Циндао и позвонил в колокольчик. Почти сразу же открылась дверь, и на пороге кабинета появился адъютант.
– Курт, – сказал ему фон Труппель, – передайте по эскадре, чтобы все были завтра готовы к выходу в море с утренним приливом. И потревожьте этих лентяев из колониальной полиции и командиров пехотных батальонов. Пусть приведут в порядок свое хозяйство и явятся сюда ко мне на совещание сегодня в шестнадцать часов. Да, и распорядитесь, чтобы нам принесли по рюмочке шнапса, надо отметить одно важное дело.
Когда адъютант вышел, губернатор Циндао плотоядно потер ладони.