Исай

– Зверь, зверь, – подтвердил Матвей, а Даря лишь махнула рукой.

Я предпочла не уточнять детали. Если Штормов выглядел пугающе, то я боялась даже представить, каким может оказаться его начальник.

* * *Белка уснула по дороге домой. Было спокойно на душе и радостно. Сегодня я предпочел не думать о делах и проблемах. Но нужно было сделать всего один звонок, чтобы запустить шестеренки механизма.

Я планировал увезти жену и дочь на несколько дней из города. И уже утром я собирался ей об этом рассказать. Билеты куплены.

Бабушки обещали собрать чемоданы. И все, казалось бы, продумано и уже решено.

Но! Мне хотелось лично поквитаться с родней Сени за каждую слезинку, что она пролила по их вине.

Да, это было варварством с моей стороны. Неоправданной жестокостью. Безумием.

Но я не мог просто перевернуть страницу и жить дальше. Интуиция подсказывала, что эти люди не успокоятся. Будут пытаться влезть, повлиять, давить, угрожать.

Я успел многое узнать о семье Судаковых и Белокуровых. Об их пристрастиях, увлечениях, интересах.

Об их бизнесе и связях. И задавался одним вопросом: как Белке удалось вырасти такой нежной и замечательной? Как так вышло, что вся эта грязь обошла ее стороной?

Ее воспитывала бабушка, а потом по счастливой случайности, судьба свела меня с девчонкой. Я помню, как в школе вступался за нее, оберегал, заботился. А потом и в университете. И помню, как выбор моей Белки не одобряли родители.

Думаю, уже тогда они все просчитали и просто давали время дочери вырасти, чтобы уже потом окунуть ее в свои проблемы, заставить работать на себя.

И Судаков этот. К нему у меня был отдельный разговор.

* * *Глава 23

Тачка остановилась перед крыльцом. Я вышел из салона и подхватил сонную жену на руки. Белочка тихонько вздохнула, оплела руками мою шею и вновь прикрыла глаза.

Я попытался не смеяться. Жена была настолько легкой, что даже закутанную во все эти юбки и корсеты, мне не составило никакого труда отнести ее до самой спальни.

Ребята взяли дом под охрану. Верочка с бабушками уже смотрели десятый сон.

А я был намерен аккуратно разбудить Белку. У нас ведь первая брачная ночь. И я собирался провести ее, как полагается.

Жена.

Такое емкое, значимое слово. Такое родное.

Сеня устроилась удобнее на подушке, так и не открыв глаз.

Сбросил пиджак, обувь и присел на кровать рядом с любимой. А, может, не будить? Так сладко сопит во сне, устала, перенервничала.

Коснулся ее ладони, неподвижно лежащей на покрывале. Я уже не мог не касаться ее.