— Рит, — позвал он, улыбаясь. И лишь когда она посмотрела на него, продолжил: — Это касается только Леры. Не нас с тобой.
Она неловко улыбнулась в ответ.
— Мне страшно неудобно, — виновато сказала она, садясь напротив него. — Никогда в жизни не приходилось никого обманывать.
— Ты и сейчас никого не обманываешь. — Он вздохнул, понимая, что надо бы начать сначала, иначе она не поймет. — Давай я тебе изложу все свои сомнения, а ты потом скажешь, что я идиот?
Рита заметно расслабилась, хоть еще и не понимала, о чем он.
— Идет.
— Понимаешь, Лера — девочка довольно эгоистичная. Она не любит делиться своими вещами. Возможно, потому что у нее никогда раньше своих не было. И меня она ни с кем делить тоже не любит. Не то чтобы она считала меня вещью… Еще когда она жила в клинике, а я только ложился туда на лечение, она каждый раз подробно расспрашивала меня о том, с кем я за это время общался. Особенно ее интересовали девушки. — Марк усмехнулся. — Конечно, верность ей я не хранил и любить до гроба не обещал, но все же предпочитал не рассказывать, чтобы не травмировать.
Лицо Риты предсказуемо исказилось, и впервые Марку это не приносило удовольствия. Велик был соблазн оправдать себя, чтобы не видеть в ее глазах этого выражения, но он решил говорить правду до конца. Пусть уж знает и с открытыми глазами решает, нужен ли он ей такой.
— Я был против, потому что не хотел терять время. Но больше всех возражала, конечно, Лера, потому что опять же ревновала. Я это все рассказал тебе, чтобы ты понимала, почему меня удивил один наш разговор в больнице.
На одно мгновение Марку показалось, что она знает, о каком разговоре пойдет речь.
— Она вдруг начала говорить о том, что не подходит мне, и всячески намекать на тебя. Если бы она была обычной девушкой, честное слово, я бы уже ждал от нее типичного женского «дело не в тебе». А ты столько для меня сделала, такая хорошая, умная и добрая, — Марк замолчал и внимательно посмотрел на Риту.