― Она возвращается к кровати Кинга и машет рукой между двумя мужчинами. ― Алессандро, это Лиам. Мой будущий жених.
― Будущий жених? Почему будущий? ― спрашивает Алессандро.
― Потому что он еще не сделал мне предложение. ― Алия улыбается.
― На самом деле я твой большой поклонник, ― говорит Алессандро Лиаму, скорее всего, желая успокоить Алию и сгладить ситуацию. — Я надеялся, что тебя приобретет Нью-Йорк, но, думаю, «Рыцари» тоже не так уж плохи.
― Не так уж плохи? Мы только что, блядь, выиграли Кубок Стэнли, задница, ― шиплю я.
― Спасибо, ― говорит Кинг Алессандро, все еще глядя на этого ублюдка так, будто готов его убить.
― Лия, я зайду завтра. Тебе что-нибудь нужно из дома? ― спрашиваю я ее.
― Да, немного одежды, но не мог бы ты попросить Кэтрин собрать ее? Я не хочу, чтобы ты рылся в моем гардеробе, ― говорит она.
― Конечно. ― Я наклоняюсь и целую ее в щеку, затем хватаю Алессандро за руку и вытаскиваю его из палаты. ― Пойдем, пока он не попытался убить тебя, и мне не пришлось ему помогать, ― говорю я.
― Ты бы помог ему? ― Алессандро кивает головой в сторону Кинга.
― Это кодекс. Кроме того, если я позволю тебе убить его, это оставит мою сестру с разбитым сердцем.
― Не волнуйся. Ее сердце будет разбито недолго. ― Алессандро смеется.
― Ты осел, ― говорю я ему.
― Никогда не пытался строить из себя кого-то другого, ― отвечает он с ухмылкой.
Глава тридцать вторая
― М-м-м, ― стону я, пока мои бедра дрожат, ― Грей, черт. Не останавливайся. ― Мои руки перемещаются вверх по телу и обхватывают мою грудь.
― Блядь, ты такая чертовски вкусная, ― говорит он. С меня стягивают одеяло, и я открываю глаза.
― Это не сон, ― понимаю я, встретившись с ним взглядом. Голова Грея темнеет между моих бедер.
― Твои слова. По-моему, твоя киска ― это самый сладкий сон, детка, ― говорит он.
― Не останавливайся, ― повторяю я, выгибаясь дугой. Язык Грея снова скользит по губам моей киски, кружит вокруг клитора, а затем лижет меня, словно это его любимый десерт.
Моя голова откидывается назад, а глаза закрываются. Пальцы Грея впиваются в мои бедра, прижимая меня к матрасу. И клянусь, именно так я хочу просыпаться до конца своих дней. Пальцы сильнее тянут и сжимают мои соски сквозь атласную ткань ночной рубашки.
― Вот черт, ― вскрикиваю я и прикрываю рот рукой. Мне не нужно, чтобы весь дом знал, что Грей делает со мной.