Дядя Винни купил мне хот-дог и шоколадное молоко, ― говорит она.
― Это хорошо. Дай мне снова дядю Винни, детка. ― Я жду, пока она передаст трубку брату.
― Да? ― говорит Винни.
― Приведи Кэтрин и Грейси на скамейку запасных за пять минут до конца. Я хочу, чтобы они были там, когда мы выиграем, ― говорю я ему.
― Будет сделано. А теперь иди и делай то, что вы делаете в перерывах, а потом возвращайся на лёд и, блядь, завоюй этот трофей. Я не хочу слушать дерьмо старика, если вы не выиграете, ― ворчит Винни.
― Мы оба.
Не успеваю я оглянуться, как наступает третий период. Я смотрю на часы. Осталось пять минут, Кэтрин и Грейси стоят прямо за скамейкой. Люк, Кинг и я устремляемся к воротам. Я передаю шайбу Кингу и с ужасом наблюдаю, как она пролетает прямо над чертовой сеткой, отскакивая от плексигласа.
Я прижимаю Лиама к борту, пока сам борюсь за шайбу.
― Что с тобой происходит? ― спрашиваю я его.
Он ничего не отвечает, только смотрит в сторону ложи, где сидит моя сестра, прежде чем решимость появляется на его лице. Чертовски вовремя. Парню нужно вытащить голову из задницы и, блядь, играть на победу. Эти цифры дразнят меня, пока я смотрю, как секунды ускользают, словно песок в песочных часах. Я не хочу, чтобы дело дошло до овертайма. Я хочу взять этот Кубок в руки прямо сейчас.
Шайба снова у Кинга. Он отдает ее Люку, но промахивается. Шайба отскакивает от конька одного из нападающих Нэшвилла, и этот ублюдок бежит к нашим воротам.
Кинг кричит. Он открыт. Он готов забить. Но что-то в моем нутре подсказывает мне, что нужно сделать это самому. Так я и поступаю. Я делаю бросок и смотрю. И все происходит как в замедленной съемке: шайба пролетает над щитком вратаря Нэшвилла.
Мы сделали это. Мы действительно, блядь, сделали это. Мы победили.
И тут Кинг тихо чертыхается, и я вижу, как он бросается к скамейке запасных и перепрыгивает через борт. Затем этот ублюдок исчезает в туннеле, а остальные члены команды прыгают на меня. Я расталкиваю их и бегу туда, где Грейси подпрыгивает вверх-вниз.