Искупление 6

Я чувствовал, как она кончает на моем члене, сжимаясь, усиливаясь и засасывая меня глубже, и ощущение было слишком сильным, чтобы справиться с ним.

Выпустив горловой стон, мои бедра дергались и дергались, когда я испытал оргазм, кончая глубоко внутри нее.

– Боже, - сказала она, а затем ее все выражение рухнуло. – О боже.

Лицо, искаженное болью, она грубо откинула волосы через плечо и выскочила с моего члена.

Я знал, что допустил ошибку, когда она отодвинулась настолько далеко от меня, насколько позволяла ее кровать, и изо всех сил подавила стон боли.

– Что со мной не так?

– Ничего. – Тяжело дыша, я повернулся, чтобы посмотреть на нее, но она обернулась ко мне спиной. – С тобой все в порядке, Моллой, все в порядке.

– Твой отец пытался меня трахнуть! – кричала она, хватая подушку и прижимая ее к груди. – И тогда я позволила тебе трахнуть меня.

Сумасшедшее колебание ее настроения и конфликт эмоций заставили меня сесть прямо и протянуть руку, чтобы погладить ее плечо. – Нет, - прокричала она, отшвырнув мою руку.

– Мне нужно пространство.

Вот опять.

Покачав головой, я обвил руки вокруг колен и просто смотрел на ее спину. – Ты это серьезно?

Я следил, как она медленно кивнула. – Мне нужно остаться одной сейчас.

– Два минуты назад ты сказала, что тебе нужен мой член внутри тебя, - я возмутился, протирая рукой волосы от негодования. – Ты говоришь мне уйти, а потом просишь остаться. Ты говоришь, что ты хочешь меня, а затем нет. Я пытаюсь уйти, и ты меня останавливаешь. Ты хочешь трахаться со мной, а затем нет, а затем снова, пока мы не делаем это, и затем, когда все заканчивается, ты решаешь, что нет.

Господи. Возьми себя в руки, Моллой, потому что я не могу за тобой поспевать.

– Прости меня, ладно? – выдохнула она. – Наверное, я просто не справляюсь с травмой так, как ты. Прости меня, что у меня есть сердце, а не какой-то бот без чувств, который имеет функционирующий набор чувств. Не все такие идеальные в том, чтобы выключать свои эмоции, как ты.

– Звучит ли это так, будто у меня отключены эмоции? – Я потребовал, тон пропитан тем, что она обвинила меня.

– Потому что, с той точки зрения, я весьма прозрачен со своими эмоциями, Моллой. Ты та, кто как кран, переключается между горячим и холодным.

– И теперь ты кричишь на меня.

– Я, блядь, не кричу на тебя, - кричал я. – Я пытаюсь быть здесь для тебя!

– Ну, я сказала тебе, что мне нужно пространство."

"– Господи, Ифа, я не знаю, что делать с тобой. – Я провел по волосам.