В той сумочке много чего было — моя, так сказать, профессиональная коллекция, — от стреляющих запонок и крохотных дротиков с усыпляющим составом на лезвии до целой аптеки. Когда я служила в отряде «Сигма», этим барахлом приходилось пользоваться чуть ли не каждый день. Аптека у меня тоже, естественно, специфическая — всякие шпионские снадобья. Ну и, конечно, там были таблеточки, нейтрализующие действие алкоголя.
Вот эти-то самые таблеточки мне сегодня очень пригодились бы.
Но чего уж теперь — если их нет, нужно или совсем не пить, или хотя бы пить поменьше.
Василий разлил водку по стаканам, откупорил пива, явно намереваясь сварганить себе «ерша».
Вот и этого товарища, наверное, тоже надо ограничивать, а то…
А что, впрочем, «а то»?
Вот сейчас, Женечка, и посмотришь.
Вася поднял свой стакан и призывно кивнул мне наголо обритой головой, которая начала уже покрываться темными волосами — как будто череп густо посыпали черным перцем. Я покорно чокнулась с ним и опрокинула в себя водку.
— Вот так, — удовлетворенно произнес он, оторвав наконец горлышко пивной бутылки от губ. Потом посмотрел на меня и удивился: — А ты чего же? Запить? Пивом, оно того… Эффективнее будет.
— Эффективнее мне как раз вот не рекомендуется. Я же на работе…
— Со мной нянчиться — это работа? — усмехнулся Василий.
«Ясненько, — подумала я, — как бы мне с таким клиентом в больницу не загреметь. С диагнозом „алкогольный токсикоз“».
Мы снова чокнулись. Я опять не допила половину, а гражданин Толстиков опорожнил свою бутылку пива.
— В горле пересохло, — объяснил он.
— Ты бы, Василий, закусывал, — обеспокоенно посоветовала ему я, — а то… гляди…
— Давай-ка по третьей, — совсем не слушая меня, предложил оживленно Вася, — только ты не жульничай, пей, как все нормальные люди, — по полному стакану.
Я с тоской посмотрела на мой стакан."
"В голове у меня уже немного зашумело. Надо думать, от непривычки к спиртному — в институте и в «Сигме» об алкоголе даже подумать было смешно. Здесь, на гражданке, так сказать, приучилась уже курить.