– Неправильный ответ. – Я толчком отпускаю ее и забираю телефон. – Начнем с Яна. После того, как я его помучаю, я узнаю, он ли это. Он может потерять свою доминирующую руку или, может быть, шею, ты никогда не узнаешь. Если это не он, мы перейдем к Борису, а затем ко всем остальным, кто был рядом с тобой в последние несколько лет.
– Нет! – Она бросается вперед, держа меня за руку, которая сжимает телефон. – Как ты можешь причинить вред своим собственным охранникам?
– Они рассказали тебе или позволили встретиться с чужаком.
Рыдание вырывается из ее горла.
– Это кое-кто другой. Пожалуйста, не причиняй им вреда.
Кое-кто другой? Кое-кто, черт побери, другой? Не знаю, почему я надеялся, что это Ян или Борис. Если бы они меня предали, я бы справился. Было бы еще лучше, если бы она их подслушала, и я мог бы списать все это на что-нибудь тривиальное.
Но в этом замешан кто-то другой? Мой разум ускоряется в другом направлении, когда на ум приходит самое худшее.
Кто-то. Другой.
Как будто Лия встречалась с кем-то за моей гребаной спиной.
– Кто?
Она отрицательно качает головой.
– Я не скажу тебе, кто он, чтобы ты не смог убить его.
Его.
Это гребаный он.
Лия встречалась с гребаным «он» за моей спиной.
Красный туман застилает мое зрение, пока почти невозможно разглядеть ее сквозь него.
Мой голос становится смертельно спокойным, ничего не намекая на бушующий вулкан, извергающийся внутри.
– Ты защищаешь его, потому что он твой любовник? Ты мне изменяешь, Лия?
Она дважды моргает, ее губы дрожат.
– Если я буду это отрицать, ты мне никогда, не поверишь. Ты просто запрешь меня и задушишь еще сильнее. Ты убьешь меня медленно, так что думай, что хочешь, Адриан. Делай, черт возьми, что хочешь! Ты все равно меня используешь, так что продолжай.
– Я сказал, он твой гребанный любовник?
Она вздергивает подбородок, и все эмоции исчезают с ее лица, когда она произносит единственное слово, которое разбивает мой мир вдребезги.
– Да.
Я бью кулаком по спинке кровати рядом с ее головой и разбиваю ее вдребезги. Лия остается на месте, ее лицо бледнеет, а яркие глаза снова становятся стеклянными.
Моя рука обхватывает ее горло, откидывая его назад и сжимая.
– Я должен убить тебя прямо сейчас.
– Сделай это. – Она подначивает. – Умереть лучше, чем жить с тобой.