Он спас ей жизнь…
— Ты с ума сошла?! Что ты хотела сделать, черт возьми?
— Во всяком случае, не броситься со скалы, как вы подумали! Кроме всего прочего, моя жизнь не застрахована. Поэтому у меня нет никаких оснований покончить с собой.
— Хочешь сказать, ты не собиралась разыгрывать драму, заявив, что тебе лучше умереть, чем быть опозоренной? — с насмешкой произнес он. — Ну и правильно, потому что ты понапрасну бы потратила время, так как уже опозорила себя, задолжав мне деньги.
— Я только хотела полюбоваться пейзажем, — оправдывалась Лиззи.
— А здесь их и не должно быть! Это частная собственность. Эта земля принадлежит мне, ее могу использовать только я, и только я могу наслаждаться ею.
Лиззи все еще была в руках Илиоса, и тяжелое мужское тело придавливало ее к земле…
Она никогда не испытывала такие чувства. Вся ее жизнь, все ее мысли были посвящены только семье. И теперь, ощутив влечение к этому мужчине, Лиззи пришла в ужас.
Илиос ощутил, как маленькое сердце бьется под его рукой, словно пойманная птица, отчаянно рвущаяся на свободу. Но эта женщина — как и эта земля, а также все, что находилось на ней, — принадлежала ему.
Непроизвольно его рука слегка сжала ее грудь, а большой палец прикоснулся к мягкому вначале, но мгновенно напрягшемуся соску.
Весь мир — тот мир, который, казалось, она знала, — словно сошел с ума. Ее тело загорелось огнем, будто в лихорадке. Ее груди — сразу обе, а не только та, которую он ласкал, — томительно жаждали наслаждения. А ощущение мужского бедра между ее ног пробуждало желание прижаться к нему, а затем раскрыться для него.
Этот мужчина был… Этот мужчина был ее врагом!
Лиззи резко оттолкнула его, и Илиос сразу же ее отпустил.
— Ты не имел права так поступать! — с яростью заявила Лиззи.
— Твое тело говорило совсем другое… — возразил он.
Конечно, он понял, что она чувствовала. Лицо Лиззи покраснело как маков цвет. Она, конечно, не позволила бы ему овладеть ею целиком. Не допустила бы этого.