– Если тебя кто и ущипнул, то ты сам напросился.
– Да ну?
Он дернул уголком губ.
Давай же, улыбайся!
– Ага. Заслужил на сто процентов.
– Даже если перед этим я спас предполагаемого хулигана от падения?
Вокруг глаз собрались морщинки от улыбки, которую я тщетно искала на губах, все еще поджатых в одну линию.
– Падения? Я просто решила прилечь на травку. Аккуратненько и осторожно, позволь заметить.
– Ты смешная и совершенно невозможная женщина. В курсе ведь?
Конечно. Я была готова это признать, но Аарон сдался и одарил меня желанной улыбкой.
Он прав. Я смешная. Потому что это откровенно смешно.
– Эй, ребята, – позвал нас Даниэль, нарушая момент и разгоняя маленькое счастливое облачко, в котором я пребывала. – Стол накрыт, все готово. Ждем только вас.
Я услышала его шаги, и улыбка увяла.
Получается, это было лишь спектаклем ради него и прочих гостей?
Наверное.
Вмиг стало неуютно. Улыбка Аарона растеряла прелесть. Моя же показалась дурацкой.
И, наверное, хорошо, что Аарон перестал улыбаться, хотя по-прежнему, невзирая на присутствие Даниэля, не отрывал от меня взгляда, даже когда ослабил хватку на моей талии и опустил на землю. По крайней мере, мне так казалось, потому что веки трепетали, и я толком не видела его лица, прижатая всем телом к твердой бугристой груди.
Ноги без особой уверенности встали на ровную поверхность. Голова кружилась от непередаваемых ощущений, бегавших по всему телу. Хорошо, что Аарон придерживал меня за талию.
Однако тот, удостоверившись, что я не упаду, сразу убрал руки. Правда, умудрился при этом дернуть за волосы, выбившиеся из хвоста.
Сердце опять ухнуло в ноги.
Особенно когда Аарон медленно склонил ко мне голову.
– Неплохо для греческого бога, а?
Он говорил не так игриво, как только что – перед приходом Даниэля, лопнувшего мой мыльный пузырь.
Я невольно улыбнулась и покачала головой, пряча выражение лица.
Кто этот мужчина – который лезет обниматься, подмигивает и улыбается?
Мой будущий начальник – вот кто!
Разве это не достаточная причина, чтобы задуматься о своих чувствах? Не говоря уж о том, что все происходящее – не более чем спектакль. Вскоре его повысят, он станет моим боссом, и забывать об этом нельзя.