Ноги обвились вокруг его талии – слишком высоко для желаемого контакта, – но я знала, что скоро он и впрямь покажет мне обещанные звезды.
Голову сорвало, ощущение сильного тела между бедрами пьянило, поражало, провоцировало. Я была готова провести так целую вечность – с Аароном у своих ног, обернувшись вокруг него. С его поцелуями на губах. С руками, запутавшимися у меня в волосах.
Хотя нет. Этого мало. Сперва надо избавиться от лишней одежды.
Аарон притянул меня к груди. Я потерлась о него, требуя ласки.
Не отрываясь от губ и не разжимая хватки, он встал на ноги, увлекая меня за собой. Заставил обхватить себя ногами, расположив именно так, как нужно. По телу пронеслась волна удовольствия, когда между бедер ткнулась сводящая с ума твердость. Ягодицы даже сквозь платье опаляло горячими ладонями, спереди жгло от пульсирующего бугра. Жарко. Так жарко, что кожа пылала огнем.
В два шага Аарон прижал меня к стене. Вдавился пахом – всего один раз, вырывая болезненный стон.
– Скажи, если хочешь остановиться, – прошипел он в губы, весь твердый, почти каменный.
Расплющив меня по стене, отчего перед глазами вспыхнули обещанные звезды, Аарон провел руками по бокам. Замер, добравшись до груди. Длинные пальцы легли на тонкую ткань.
– Тебе нравится, малыш? – прохрипел он.
Кивнув, я выгнула спину, прижимаясь к его рукам. Он тем временем был занят делом. Аарон неторопливо поглаживал мне грудь; большой палец скользил по ткани напротив соска.
Скорей бы избавиться от проклятой тряпки.
Аарон, словно читая мои мысли, взялся за бретели, деловито поигрывая с ними, и спросил:
– Можно снять?
От столь серьезного настроя, от его вечного желания убедиться, что я не против, сердце рвалось на части. Даже страшно – вдруг, разбившись, оно уже не соберется воедино, как прежде?
– Да, – ответила я. Возможно, прозвучало слишком жадно.
Аарон, как ни странно, не стал развязывать тесемки, вместо этого опустил руки к талии, немного меня отстранив.
Недовольно скривившись, я вскинула голову. Аарон тихо фыркнул, улыбнулся на миг, а потом неожиданно меня развернул.
Руки легли на стену.
Дыхание обожгло шею, вызвав буйство мурашек, галопом пробежавших по всему телу. Сильные пальцы взялись за молнию чуть выше поясницы.