Её энергия нарастает!
Оказывается, всё это время он следил, чтобы птица нам не помешала.
— Придётся прибегнуть к радикальным мерам, — с сожалением вздохнул Двэйн, вставая.
— Я ничего жечь не буду! — предупредила я на всякий случай.
Магия возвращалась покалыванием в мышцах, но применять её во вред пусть даже сумасшедшей Праматери мне не хотелось.
— Нет, жечь не нужно, хоть это было бы самым действенным решением, — успокоил меня претемнейший. — Но мы попробуем освободить материнское древо от Хаоса. И тут вы мне все поможете!
— А ты самоуверенный, — хмыкнул Гугл, склонив голову набок.
— Не стоит радоваться моим неудачам так открыто, — с лёгкой иронией в голосе ответил Двэйн. — Между прочим, мы сидели там вместе с Эйлин.
— Да, этот факт меня немало расстраивает, — нарочито тяжко вздохнул филин.
Подмастерья наблюдали за их диалогом с любопытством, потихоньку переглядываясь.
— Похоже, эту странную птицу вы знаете гораздо дольше нас, — заметил Арро, сматывая верёвку.
И многозначительно посмотрел на меня: мол, он-то давно догадывался, что дух шишки всё же существует. и теперь тихо торжествовал, осознавая свою проницательность.
— Да, это моя привилегия, как вашего наставника. Впредь у вас не должно быть от меня подобных секретов, — претемнейший встряхнул безнадёжно мокрый плащ. — Все готовы? Идём!
Он уверенно зашагал впереди, не оборачиваясь. Я выдохнула: напоминать мне о поцелуе прямо сейчас, даже улучив момент, он не стал.
Скоро мы добрались до древа. Похоже, Праматерь и правда пришла в крайнее возбуждение от нашего побега. Вокруг изрытого бороздами ствола вихрем кружилась поднятая с земли листва.
— Я её обезврежу, — тихо пояснил Претемнейший, — Дальше действуем по обстоятельствам. Пока не вмешивайтесь.
Тем временем Праматерь, отдохнувшая и посвежевшая — в отличие от остальных — материализовалась перед нами.
— А-а, — протянула она гневно. — Снова все в сборе.
— Мы упрямые, — развёл руками претемнейший.
— Кстати, — шепнул Шерк. — Что за имя такое странное — Гугл?
Но никто ему не ответил.
Птица расправила крылья и снова кинулась на нас. На этот раз претемнейший неожиданно не стал решать всё одной только обороной. Он, ускоряясь, сделал несколько шагов навстречу птице — и вдруг! — обернулся драконом.
Мы все натурально ахнули — насколько он был огромным. Даже Праматерь слегка притормозила, растерявшись от его размеров и видимой мощи.