— И всё же я требую, чтобы вы мне рассказали! Хочу понять…
Требует она, надо же!
— Тёмные не любят об этом говорить, как вы, наверное, уже поняли, — Двэйн пожал плечами. — И не стоит ворошить прошлое. Всё сложилось так, как сложилось.
Эйлин задумалась, словно её одолели какие-то сомнения, а затем передёрнула плечами.
— Это не ответ. Вы не думали, что именно недосказанность с вашей стороны вызывает столько возмущений и порицаний? Люди не знают, что думать. Поэтому плодят сплетни.
Со сплетнями тёмные уже научились мириться.
— Тогда вам, наверное, понравится знание того, что раньше, много сотен лет назад, жёны тёмных магов — официальные, прошедшие необходимый ритуал единения с мужем — были жертвами Тьме?
Эйлин, кажется, не удивилась — хмыкнула с хитроватым выражением в карих глазах “я так и знала”.
— И это никого не волновало?
— Это было очень давно… В те времена, которые можно было бы назвать… варварскими.
Эйлин вдруг остановилась, поставив ногу на ступеньку, когда они подошли к лестнице.
— Только не говорите, что в тёмных взыграла совесть! — она скептично воздела глаза к потолку.
— Нет, какая уж тут совесть, — Двэйн тоже остановился. — Многие хитрецы принялись выбирать себе подставных жён. Тех, чью жизнь приносили в жертву, в то время как на самом деле жили с другими.
— Это как-то… подло.
— Согласен. Поначалу это оставалось в тайне. Но постепенно начали ползти слухи, что, понятно, не добавило тёмным престижа. Распри, недовольство, стычки. Поэтому со временем тёмные маги и вовсе отказались от женитьбы. Но это повлияло на их силы. И в самый сложный час, когда шла война, Хаос набрал огромную силу. Мы не смогли его сдержать. Зато объединились с другими магами, чтобы если не вернуть его туда, откуда он пришёл, то хотя бы запечатать.