Однако, нелегкая задача! Попыхтев и покрутившись какое-то время, прихожу к выводу, что выбраться так, чтобы не отлупить спящего мужчину, не получится никак. А я все-таки не совсем неблагодарная сволочь – бить того, кто не так давно спас меня от ситуации покруче нынешней. Поэтому, утихомирившись и убедившись, что мужчина спит и никак на мою честь не покушается, потихоньку засыпаю.
Чтобы проснуться от поцелуев в шею. Совсем легких, едва ощутимых, но таких сладких, что я даже какое-то время просто лежу, делая вид, что продолжаю спать.
И что самое кайфовое в этой ситуации с утренними поцелуями, что Ри не пытается залезть пальцами в декольте моей рубашки, в которой я спала. Любой другой наверняка бы позажимал себе на радость, а он просто нежно целует и держит так, словно я величайшее и хрупкое его сокровище.
А затем Ри просто встает и, накрыв меня пледом, уходит. Вот так запросто. Совершенно не навязывая свое общество. Удивительный мужчина. С этой мыслью я снова ненадолго засыпаю.
Просыпаюсь от того, что занемела рука от долгого лежания в одной позе на твердом полу. Переодевшись в платье, выхожу на улицу. Чувствую себя не очень хорошо. Слегка кружится голова, и ноги такие тяжелые, словно к ним привязали десятикилограммовые гири. Усаживаюсь на ступеньках дома, ощущая ужасную слабость, даже лоб вспотел.
Есть хочется ужасно, но еще больше не хочется вставать со ступеней. Так и сижу, прислонившись спиной к перилам, когда прямо передо мной вырастает мужская рука с чашкой еще дымящегося компота.
Только подумала, как Ри забирает у меня чашку, а вместо нее дает в руки деревянную миску и ложку. Кааааша, радость наша. Овсяночка с медом, орехами и свежими лесными ягодами. Ем с закрытыми глазами, балдею от вкусовых ощущений.