— Конечно, — губы Эфрона расплываются в улыбке, — она развлекала меня.
Что?
Взоры всех присутствующих впиваются в меня раскаленными иглами. Мое лицо не просто пылает. Оно горит. Мне вообще начинает казаться, что под мои стопы накидали дров с хворостом и разожгли костер.
Добанеско решил усилить эффект. Вкрадчиво и достаточно громко, ну что бы точно все слышали, добавляет:"
"— Мы вчера встретились с Виолеттой во время ее великолепной уборки общей гостиной факультета…ммм…и подружились, поэтому Виолетта не успела убраться у вейна Аргалона.
Добанеско ухмыляется, демонстрируя белый оскал ректору, а затем подмигивает кучке молодых служанок. Моей персоне тоже перепадает порция его обаяния в виде улыбки.
Игнорирую. Мне в этот момент хочется заорать.
Отлично, теперь меня девицей легкого поведения считать будут все коллеги. И Аргалон в том числе.
Ректор-дракон неотрывно смотрит на меня. Совершенно нечитаемый взгляд, но пронизывающий до жути. В нем ощущается нечто гнетущее и пугающее. Почему-то в это мгновение мне хочется исчезнуть и кажется, что сейчас произойдет непоправимое и страшное.
Возможно действительно кажется.
Я гоню эти мысли, но замечаю, как ладонь Аргалона сжимается в кулак. Ресницы опускаются завесой, разорвав наш зрительный контакт. В следующую секунду он переключается:
— В таком случае, Виолетта, вы свободны, — разворачивается к госпоже Феронски, бросает ей сухо, — ищите дальше.
— Как скажете, — она учтиво опускает голову. Поглядывает на меня, — Виолетта, позже мы поговорим с вами о качестве вашей работы. Думаю, вы понимаете, что недопустимо позволять себе в рабочее время заниматься…гм…не рабочими моментами. Сейчас вы можете идти.
— Благодарю, — приседаю, растянув подол платья.
Дракон к этому моменту покинул место сбора. Феронски последовала за ним.
Проходящая мимо Эрин под ручку с подругой Ритой, останавливается.
— Удивительно, а казалась такой скромницей, — с ее губ срывается смешок.
— Когда кажется, лучше обратиться к лекарю. Говорят, это первый признак душевных расстройств.