И не важно, что основную массу работников составляли альфы и беты, как выяснилось, вопреки всем стереотипам, они были теми еще любителями перемыть косточки, — я сам доберусь. Здесь же совсем близко — двадцать минут на автобусе.
— Но я хочу! — Анхель, может и неосознанно, но повел себя как альфа. И, что удивительно, впервые это не вызвало у Джона ни отторжения, ни раздражения. Альфа недоволен? Значит надо сделать так, чтобы он стал доволен.
— Ладно, — Джон пожал плечами, стараясь не показать, как ему хочется во всем соглашаться с Анхелем, — как скажешь.
— Договорились! — Анхель обнял его на прощание и пошел к лифту. — До завтра!
— Пока! — махнул рукой Джон и, закрыв дверь, привалился к ней спиной.
Больше всего на свете ему хотелось сказать: “Останься”.
Утром в понедельник Джон потратил много времени, придирчиво выбирая костюм и пытаясь уложить волосы так, чтобы не было видно седины. Мелькнула даже мысль сходить покраситься после работы, но Джон сумел убедить себя, что это глупо и красоты ему не прибавит.
Костюмы у него были самые обыкновенные, простого кроя, без какой-либо вычурности или хотя бы изюминки, рубашки к ним тоже простых нейтральных цветов, в основном белые, голубые и серые, галстуки или однотонные, или в неброскую косую полоску. Ничего такого, что позволило бы Джону выделиться из толпы омег или привлекло к нему внимание. Впервые в жизни он был недоволен своим невзрачным, хоть и добротным гардеробом. В конце концов он устал мучиться выбором и просто остановился на костюме темно-серого цвета, белой рубашке и сером же галстуке.
— Привет, меня зовут Джон Блэк. Я омега. Мне сорок лет и я девственник. Сегодня альфа с потрясающим запахом повезет меня на работу в своей красивой машине. Он младше меня на двадцать лет, настоящий красавец и очень вкусно готовит. Мне остается только вздыхать, глядя на него, и мечтать о несбыточном. Правда, я полный неудачник? Привет, Джон! Еще какой!
Уложив волосы как обычно — то есть, зачесав их назад, Джон съел свой традиционный завтрак и оделся.
Наконец в дверь позвонили. Джон бросился открывать, даже не спрашивая, кто там. На пороге стоял улыбающийся Анхель.