Сотрудникам уголовного розыска никогда не приходилось сталкиваться с подобными вещами, и он просто не знал, как себя вести. Зато где-то на задворках сознания назойливо крутилась радостная мысль: оперов, застреливших ядерных террористов, никто привлекать к уголовной ответственности не осмелится! Скорее их будут награждать! Петров устыдился шкурных мыслишек. Ведь сейчас неопределенная угроза кавказца приобретала отчетливые силуэты атомного гриба!
— Спасибо, Валерий Семенович. — Петров встал и протянул руку за зловеще блестящим цилиндриком.
Но замдиректора института не сделал встречного движения.
— Извините, товарищ лейтенант.
— Старший лейтенант! — нетерпеливо поправил он. — Дайте мне этот, как он называется…
— Извините, товарищ старший лейтенант. — В голосе Шелестова прорезались жесткие нотки. Теперь это был не профессор, а полковник. — ВЯБШ не может находиться нигде, кроме строго определенных мест!
— О чем вы говорите? Это вещественное доказательство по уголовному делу!
— Такое дело не может находиться в компетенции милиции, — раздался сзади уверенный голос.
Высокий худощавый человек в темных очках уже несколько минут стоял на пороге кабинета и теперь быстрыми шагами подошел к столу. По строгому костюму, уверенности и специфическим манерам старший лейтенант сразу понял, что это оперативник ФСБ. Впрочем, никто другой не мог появиться в это время и в этом месте. Скорей всего Шелестов нажал потайную кнопку. Государственные секреты требуют соответствующих мер предосторожности.
— Майор Нижегородцев, — человек в темных очках предъявил удостоверение. — Сейчас мы оформим подписку о неразглашении тайны и протокол изъятия ядерного взрывателя. Потом поедем к вам, и я заберу уголовное дело.
— Дело в прокуратуре, — вяло ответил Петров. Он почувствовал, что устал и очень хочет спать. Может, теперь все успокоится и можно будет взять отгулы.
— Значит, заберем в прокуратуре! — сказал Нижегородцев. Он, напротив, был бодр и излучал уверенность.
* * *Отгулы взять Петрову не удалось, потому что никакого спокойствия не наступило.
Вполне понятно, что исполнителями грязной работы были оперативники уголовного розыска и милицейские эксперты.