Сильное впечатление на террориста произвели трупы бывших его подчиненных.
Тимохин спросил у Стелы:
– Кто послал вас сюда, с каким заданием?
Бандит ответил:
– Вам же и так все известно, иначе вы бы не появились здесь.
Подполковник повысил голос:
– Я, кажется, задал вопрос или у тебя уши заложило?
– Решение об отправке в Ленинградскую область России моего отряда принималось руководством организации «Тигры Бора». Задача – подрыв трех жилых домов в Санкт-Петербурге.
– Кто стоит во главе этой организации?
– Некий Абдула-Хан.
– Каким образом Абдула-Хан руководил отрядом?
– Через своего помощника Эдуарда.
– Кто такой Эдуард?
– Я же сказал, помощник Абдула-Хана!
– Сколько отрядов в составе группировки «Тигры Бора»?
– Не знаю!
– В твоей банде состояли лица разных национальностей. Отряд имел базу постоянной дислокации или наемники собирались перед террористической акцией во временном лагере?
– Во временном!
– Где находится этот лагерь?
– В Грузии.
– Точнее!
– На берегу моря, недалеко от Батуми.
– Эдуард лично ставил тебе задачу?
– Нет! Он связывался со мной по спутниковой станции и передавал приказ собрать отряд и прибыть в лагерь. После сбора так же по спутниковой станции передавал задание организации.
– Кто осуществлял обеспечение отряда?
– Как правило, на момент прибытия в лагерь, там уже все было готово для проведения акции.
– В каких регионах работал твой отряд?
– В Косово, однажды на Кавказе, в Чечне, в Таджикистане, и вот ... здесь.
– Сейчас на территории России находятся другие отряды ваших «Тигров»?
– Это мне неизвестно!
– Отходить после акции должны были в Грузию?
– Да! Через Баку.
Тимохин приказал Соловьеву:
– Уведи его в любую из комнат и обеспечь охрану.
Бурмистров подвел Каримова:
– Знакомься, командир, владелец пансионата.
Пособник террористов залепетал:
– Господа, я ни в чем не виноват, бандиты захватили меня в городе, привезли сюда, сказали, если не буду работать на них, то они сначала вырежут мою семью, а потом отрубят мне голову. Что было делать? Я хотел, клянусь, хотел связаться с ФСБ и рассказать о бандитах, но у меня не было такой возможности. Честное слово, господа, я не хотел служить боевикам, меня заставили.