Кому-то – все, кому – ничего!
– Ты хотел бы, чтобы все стали равны?
– Нет, никогда не верил в коммунистическую утопию. Просто обидно.
– Нам ли, Отто, обижаться на судьбу? Спецов в Германии много, а телохранители Кросса мы с тобой. Или ты не доволен тем, сколько он нам платит? Забил, что имеешь собственный дом в пригороде Кельна, престижный автомобиль, прекрасную семью и не менее радужные перспективы на обеспеченную жизнь?
Шлигер сказал:
– Все это так, и всем я доволен. Дома, в Германии. А здесь, на этой яхте, ощущаю себя человеком второго сорта, слугой.
Он кивнул на салон:
– Кросс, получивший огромные деньги и крупный бизнес в наследство от отца, и прилепившийся к нему сосунец Лейтер здесь могут позволить себе все. Мы же даже войти в салон не имеем права. Наши обязанности охранять их забавы. Не удивлюсь, если скоро они начнут трахаться прямо на столе, сбросив посуду на ковер.
– Тебе какое до этого дело? Успокойся, думай о доме.
К телохранителям подошел шкипер судна Герман Венке, спросил:
– Босс все гуляет?
Шлигер ответил:
– А ты этого не видишь, Герман? Думаю, гулянка продлится до утра.
– Босс сильно пьян?
Телохранители взглянули на шкипера:
– А в чем, собственно, дело, Венке?
– В том, что мы вошли в непосредственную близость с территориальными водами Сумарди!
Шлигер спросил:
– Ну и что?
– Отто! Ты дома телевизор смотришь?
– Иногда, футбол, регби!
– Вот именно, что регби. А в водах Сумарди, между прочим, только с начала года местными пиратами захвачено сто с лишним морских судов.
Келлер сказал:
– Так ты отойди от вод этой, как ее, Сумарди!
– Мы не можем выйти в открытое море. Для этого наше суденышко маловато.
– И что же делать? Что ты предлагаешь?
– Надо убедить Кросса прекратить гулянку. В конце концов, он и Лейтер могут продолжить наслаждаться жизнью с любовницами и в каютах. А нам, погасив огни в салонах, уйти на дрейф к острову Хейса.
Шлигер взглянул на шкипера:
– Значит, ты хочешь, чтобы я пошел в салон и убедил босса прекратить вечеринку? Да знаешь, куда он меня пошлет? Гораздо дальше территориальных вод какой-то дерьмовой Сумарди.
Вопрос Венке задал Келлер:
– Герман, а почему тебе самому не изменить курс и не уйти в безопасный район?
– Я не могу этого сделать без разрешения судовладельца.