Черт, кажется, я впервые так внимательно и открыто изучала Сашку, раньше как-то не до того было. И мне нравилось то, что я вижу, между прочим. Совершенно не задумываясь о своих действиях, я протянула руку и мягко обняла, легонько сжав и с восторгом ощущая, как под моими пальцами горячая плоть становится тверже. Краем уха уловила судорожный вздох и хриплый, сонный с нотками удивления голос:
— Ада?.. Что ты делаешь, малыш?"
"Глупый вопрос, радость моя. Делаю тебе хорошо, конечно. Только вместо ответа я, подняв голову, одарила Сашку хитрой улыбкой и лукавым взглядом, осмелев окончательно, сделала медленное движение вверх-вниз, с восторгом отметив, как мой мужчина вздрогнул.
— А… Ада… — выдохнул он со смесью растерянности и изумления, точно не ожидая такого смелого поведения от меня, и я продолжила.
Конечно, по части таких пикантных ласк мой опыт ограничивался исключительно теорией, но желание доставить Саше не меньшее удовольствие, чем он мне, думаю, подстегнуло фантазию. В конце концов, можно ведь представить, чтобы я делала с леденцом, а не с членом? И мои губы мягко обхватили кончик, пососали, пока язык дразнил, описывая медленные круги. Ох, черт, ощущение собственной власти над этим сильным и временами опасным демоном срывало все стоп-краны, и уносило крышу вместе с шифером и чердаком куда-то в совсем далекие дали.
Саша вздрагивал, сжимал мои волосы, подавался вперед и шумно дышал, но надо отдать должное его выдержке, не пытался перехватить инициативу и руководить моими действиями.