— Приезжай сейчас, поговорим. Меня не устраивает выяснение отношений с собственной женой по телефону. Жду.
И бросает трубку. Конечно, последнее слово за ним должно быть. Чувствую горечь во рту и подступающую тошноту. Сердце, кажется, не билось во время всего разговора, а сейчас понеслось вскачь, подпрыгнув на месте.
Всматриваюсь в темное небо, звезд совсем не видно. Тело бьет крупная дрожь, зубы стучат. Это не холод, это состояния ужаса. Как там было? Отрицание, гнев? Когда там фаза с принятием?
На плечи мне опускается плед.
— Простите за беспокойство. Соня попросила вас проверить. Плед прихватил не зря, кажется. Вы дрожите.
Продолжаю тупо смотреть на мужчину передо мной, задрав голову. Высокий. Светлый такой. И лесом пахнет. Медведь прям.
— Я сильно помешал?
— Простите, я убежала и даже не поздоровалась с вами. У меня тут… ситуация чрезвычайная.
— Я Денис. А вы Ника. Соня с Радиком про вас говорили. Ну вот, мы знакомы, теперь плед натягивай на плечи и пошли к огню.
Я слегка опешила от такого резкого перехода на «ты» и вообще от знакомства. Хафизовы очень закрытая семейка, они домой кого попало не таскают. И я не ожидала совсем кого-то встретить тут. Ощущение, что в мое личное пространство вторглись. Я ехала пострадать на Сонином плече тихонечко, а теперь придется сидеть со всеми и делать вид что я в порядке… или ехать в город и ночевать там. Может, гостиницу снять?
Четвертая глава
— Если ты думаешь, что мы отпустим тебя на ночь глядя в город, то подумай еще раз.
— Сонь, я итак припозднилась… надо ехать.
— Куда? К нему? Давай лучше утром эти вопросы решим. Ты же не просто так приехала к нам первым делом. Значит нужно остаться у нас. Могу завтра поехать с тобой.
— Куда? Зачем со мной? — я слабо представляю что Соня будет делать у меня дома при встрече с Кириллом.
— Ну как зачем. Постою на шухере. При мне он ничего не выкинет. Могу в машине посидеть внизу, подождать.
Я понимаю каждое слово. Каждая фраза звучит очень логично и одновременно, комично. Но как, черт возьми, я себе это представляю? Соня с целым отрядом ребят в балаклавах стерегут меня, пока я достаю чемоданы и опустошаю свою гардеробную? А стерегут они меня от чего? Как бы Кирилл не изображал из себя тирана, руку он на меня не поднимет. А слушать неприятные вещи мне придется все равно. С Соней или без нее.