Вот сейчас она войдет в квартиру, и я ее просто уничтожу.
— Что это такое? — ору я на нее.
— Я не знаю, — шепчет она в ужасе. Дрожащими руками просматривает фотографии.
— Как ты это объяснишь, дорогая моя женушка?
— Никак. Я не знаю, что это такое.
— Ты что под кайфом была?
— Берт, ты в своем уме? Под каким кайфом? Я в тот день вообще плохо себя чувствовала и вырубилась сразу, как приехала домой.
— Но домой ты приехала не одна, судя по фото.
— Да, меня подвез Павел, проводил до квартиры.
— И остался на ночь! Как ты могла? — я хватаю ее за плечи и трясу.
— Нет! Никого не было.
— А вы голые на фотографии — видимо плод моего больного воображения? Да? — продолжаю орать на нее, чувствуя как краснеет мое лицо от гнева.
— Ничего не было, Берт. Вообще.
— Ты мне врешь!
— Я не помню. Все было как в тумане. Мы выпили чай, потом я отрубилась. Очнулась утром с головокружением и тошнотой.
— Мало того, что ты мне изменила, так вы еще и употребляли неизвестно что!
— Я ничего не употребляла.
— Но на фото ты!
— Не факт, — шепчет она, но мне не разобрать слов. Я затаскиваю ее в комнату и швыряю на кровать.
— Пока я работаю, ночами не сплю, ты так проводишь свое время? Это такие у тебя курсы?
— Я ни в чем перед тобой не виновата, — произносит она.
— Ты ненормальная? — злюсь я, хватаю Настю за руку и стаскиваю с кровати. Она как тряпичная кукла, вообще не сопротивляется. — Звонить твоему любовнику!
— Он — не мой любовник! — наконец в ней просыпаются эмоции.
— А как ты объяснишь ваши фото на нашей кровати?"
"— Я… я не знаю. Может, пока я была без сознания он фоткал меня.
— Зачем?
— Чтобы мы поссорились.
— Зачем? — снова повторяю я.
— Да не знаю я! Отстань от меня! — она вырывается из моих рук и пытается выйти из комнаты. Я хватаю ее и бросаю на кровать.
— Дрянь!
Выбегаю из комнаты, хватаю ключи от машины и хлопаю дверью.
Мне нужно побыть одному.
На улице я немного успокаиваюсь. Но все равно не могу понять, как такое могло произойти. Она же любит меня, она никогда бы не изменила мне.