Он должен был мне кое-что рассказать.
— Что именно?
— Мне кажется, что это касается только меня.
— Извини.
Постепенно я начинаю приходить в себя. И задумываюсь над тем, что здесь вообще делает Петр? Он никак не мог оказаться случайно. Может, он имеет какое-то ко всему происходящему отношение? Ведь не просто так он интересуется, зачем сюда приехал Павел.
Так.
Надо быть осторожнее.
Приезжает полиция, опрашивает всех свидетелй, я подписываю какой-то протокол. И мы, наконец, можем покинуть это место.
— Не переживай, я пригоню твой автомобиль.
— Хорошо, — произношу я, лишь бы что-то сказать.
— Куда тебя отвезти? Домой?
— Нет, я там больше не живу.
— Да, Берт говорил.
— А он тебе все рассказал? — интересуюсь я, вспоминая пощечину.
— Абсолютно.
Вот сволочь. Даже не постеснялся о таком говорить. Ненавижу. Подонок, мой милый муженек.
— Не переживай, я на твоей стороне.
— С чего бы это?
— Я конечно друг и партнер ему. Но считаю, что он не прав. И постоянно об этом ему говорю.
— А что ты делал возле кафе? — не выдерживаю я.
— Ты права, неслучайно.
— Ну давай, рассказывай.
— Я следил за Павлом.
— Что? Зачем?
— Альберт попросил выяснить о нем больше информации.
— Значит, ты должен был подслушивать наш разговор?
— Да. К сожалению. Прости.
— Все интереснее и интереснее.
— Понимаешь, не он инициатор всего происходящего в твоей жизни. Поэтому нужно было понять, что он скрывает. И сегодня Павел явно собирался тебе что-то рассказать, раз приехал на встречу.
— Но ему не дали…
— Думаешь, его сбили специально?
— Конечно. Автомобиль появился из ниоткуда на бешеной скорости, сбил и умчался. Это точно не случайность.
— Возможно, ты права.
— Узнай в какой он больнице. Я хочу его навестить.
— Уверена?
— Да. Потому что я тоже хочу знать, зачем он появился в моей жизни.
— Кстати, те фотографии — композиционный монтаж. Он просто воспользовался тем, что ты спишь. И сделал эти фото.
— Значит, и об этом ты в курсе, — вздыхаю я.
— Я вообще обо всем в курсе.
— Даже… — я осеклась. Хотела спросить про любовницу, но вовремя вспомнила, что нельзя торопить события.
— Что? — не понимает он.
— Да так, ничего.
Мы подъезжаем к дому. Я прощаюсь с ним и забегаю в подъезд.
В квартире я сразу плюхаюсь на диван. Сил никаких нет. Шок постепенно проходит, и мне становится страшно."
"А если его все-таки сбили специально? Но я гоню эти мысли.
Он хотел рассказать мне, кто все это затеял. Но не успел.