Стыдоба.
Вот почему они так быстро поговорили. Я ведь итак выбрала сделать тортик на скорую руку без запекания. Благо, в этой квартире нашлись не просроченные пачки печенья. Уверена, это запасы для племянницы. Не представляю себе Хасана, жующего по вечерам выпечку.
Ой, отвлеклась. Мне нужно срочно придумать, как задержать мужчин еще ненадолго, чтобы вручить примирительный тортик Амиру.
– Вы уже расходитесь? – немного жалобным голосом спрашиваю, и ребята заходят на кухню.
– Можно сказать и так, – отвечает Дамир, пока его друг смотрит голодными глазами на тарелку с оладушками.
Вот как такой бугай с поджарой фигурой может кушать столько мучного? Вернее, не так. Как он вообще смотрит в сторону неправильной еды?
– Но я бы еще немного задержался, познакомился поближе. Должен же знать в какие руки друга отдаю, – блин, вот большой ребенок передо мной.
– Я вам с собой положила и тортик еще, – и киваю за спину, и глаза бугая резко оживляются."
"– Ладно, я, в целом-то, и не собирался рассиживаться. Ты вроде ей собирался покатать.
Улыбаюсь его открытости. Какао – реально сильная вещь и не все его жалуют. Именно поэтому в «Сладколетте» мало шоколадных десертов.
– Я тоже, – подмигиваю мужчине, и вместе со мной начинает говорить Хасанов.
– Ты не наглей, давай. Моя жена не нанималась тебе в кухарки.
Вот тут мы замираем все. Я не ослышалась, он сказал жена? Не могу поверить в услышанное.
– Ладно, пойду я, – первым отмирает Амир, и, быстренько обойдя меня, забирает контейнеры. Обжора, но да ладно, главное, что не держит зла. – Пока.
Он уходит, а мы так и смотрим с Дамиром друг на друга. Замерли, ожидая реакции второго. Он молчит, и в голову все же лезут непрошенные мысли, мешающие поверить в счастье. Почему так сложно поверить, когда тебя предавали? Хасанов не такой, как мой бывший муж. Я должна отпустить прошлое, но оно не хочет меня отпускать.
– Все нормально, Дамир, не волнуйся, я все понимаю, - отодвигая фрукты в сторону, отворачиваюсь и начинаю мыть грязную посуду.