— Приплод в твоем пузе здоровый же. Если Макс отказался, можно на нем заработать. Как раз деньги на мое лечение найдем. Я сбираюсь встать на ноги и показать Моте, какую ошибку он совершил.
Глава 83
Лера
Есть выражение: «Волосы встают дыбом» — именно это я испытываю, слушая Игоря. У меня буквально волосы шевелятся на макушке, я протираю глаза, даже щипаю себя, и все равно его слова слабо доходят.
— Твой отец был необычайно талантлив. Золотые руки, острый ум, он сумел сделать невозможное, — передо мной сидит совсем сухонький старичок, кажется, его тело уже давно покинула жизнь, она теплится только в удивительно подвижных глазах и голосе, пропитанном страданиями.
— К сожалению, я почти не помню своего отца, — горло сдавливает спазм, говорить сложно. — Если мой отец спас вашу жизнь, почему вы даже не попытались предотвратить или… хотя бы отомстить. Вы знали, что его убийцы ходят на свободе и… — сжимаю руками одеяло, — Не сделали ничего…
— Валерия, я тогда был ослеплен любовью к Ларисе, я тебе об этом рассказывал.
— И Рома, Лариса, моя мать они знали об этом? — стараюсь дышать ровно, чтобы избежать подкатывающей истерики.
— Да. Романа тебе сосватали…"
"Дальше я слышу все, как в тумане, отбойные молотки бьют в моем сознании одну истину — вся моя жизнь от начала и до конца срежиссированный спектакль.
— Но он действительно тебя полюбил, — звучат слова Игоря, как жуткая насмешка, самое жестокое издевательство. — Защищал.
— Я заметила… — закусываю губу. Слез нет, моя душа сейчас напоминает стекло во время ливня, капли стекают по ней… только это не капли воды, это отрава, каждая капля прожигает в моей душе черную дыру и она никогда не затянется.
— Валерия, все не совсем так.
— О чем вы, Игорь Владиславович? — приподнимаюсь на постели. — Вы такой же лжец. Вы знали все, но предпочитали смотреть со стороны. Вы лелеяли свою больную любовь. Но вы могли все прекратить в любой момент. Остановить всех. Но кто я для вас? Никто. Просто обещание, которое вы хотели выполнить. А сейчас помогая мне… Нет, вы мне не помогаете, вы мстите своей жене за предательство, за боль.