Нишай задумчиво посмотрел на Йорда и покачал головой.
— Этот воин очень долго был под печатью. Снять-то её несложно. Но, лишившись печати, он будет болеть не один месяц.
— Я справлюсь и так! — буркнул Йорд. И поправился: — Раньше справлялся.
Нишай вздохнул и промолчал.
Он видел, что мы стараемся не сильно вводить Йорда в противоречие с тем, что ему было приказано. И неизвестно, что будет, когда дело дойдёт до прямого боя.
Когда из леса показался Чиен, мы уже почти собрались: отобрали полдюжины опытных воинов, чтобы изображали нашу охрану.
Шасти принесла два зелёных хоргона из своих запасов, но я велел оставить их в лагере. Вдруг опять полезет всякая нечисть?
Запасы магических шаров таяли, а Нишай не был профи в сфере артефактов.
Может, Шудур пошлёт достаточно умелого колдуна, чтобы убить нас? Поймаем — и будет нам шарики делать!
Глава 4
Волки
Прощаясь, я кое-как успокоил Шасти и Нису, но не Мавика. Этот наглый волк вознамерился идти со мной. Я его и уговаривал, и гнал — всё равно осталось ощущение, что Мавик просто с глаз скрылся, а сам идёт за мной следом.
Однако у Мавика хватало хитрости не показываться мне на глаза, и, обернувшись раз пять, я сдался. Полезем в горы — отстанет. Там волку не удастся идти за мной незаметно.
Брать с собой волка было никак нельзя — возиться с ним в дороге будет некому. Тут уж или все на волках, или все пешком.
Да и найманы… Я не знал, чего ждать от таких «попутчиков». Хватит мне истории с Буркой, которого ни за что ни про что пырнули ножом.
Нишаю полагалось ехать на гору в паланкине и охотников в группу сопровождения мы выбрали рослых и крепких.
Но колдун весело сообщил, что сидеть в деревянной клетке ему надоело. И раз уж он взялся нарушать правила — то пойдёт пешком. И будет с нетерпением ждать, посмеет ли кто-то из колдунов напомнить ему о традициях?
В итоге мы вышли на караванную тропу малым пешим отрядом — трое воинов, трое охотников и мы с Нишаем.
Из знакомых мне барсов в отряде был только Сурлан — косноязычный седой старший дюжины.
Сурлана в роли командира нашей охраны выбрал Ичин. Старый барс был до мозга костей «свой». Он знал, кто я и чего хочу. И был готов охранять меня даже ценою собственной жизни.
Для воинов-барсов не было секретом, что личина, наложенная Шасти, скрывает княжича Камая.