Мама с бабкой сразу побежали на улицу. Мы следом.
Никто никуда прокатиться не успел. Пока папа вспоминал, открыт выезд или нет, во дворе оказались бабка с мамой. И, надо сказать, в самый неожиданный момент. Папа как раз обернулся назад и пытался рассмотреть в темноте жерди в заборе. Когда он обернулся, в свете фар материализовалась фигура бабки. То, что это была бабка, папа понял уже потом. В тот момент для него это была просто неожиданно появившаяся фигура.
Мы с Вовкой как раз стояли на крыльце, когда услышали душераздирающий крик папы.
– Это чёй-то? – бабка пыталась рассмотреть сквозь свет фар, что там случилось.
Папе, в отличие от бабки, было всё хорошо видно.
– Егорыч, – папа открыл дверь и осторожно окликнул деда.
– Выруби фонарь уж! – крикнула бабка. – Я, кажись, кого-то пришибла.
Папа выключил фары. Теперь в свете луны бабка разглядела деда. Тот в неестественной позе распластался на капоте «жигулей». Со стороны могло показаться, что он прилёг отдохнуть и, раскинув руки и ноги, рассматривает звёзды. Только с закрытыми глазами.
– Дед, – бабка осторожно подёргала его за штанину. Дед не реагировал.
– Воды надо, – подсказал папа.
– Как бы не батюшку, – бабка перекрестилась.
Пока бабка крестилась, а папа не решался вылезти из машины, мама сбегала домой за водой. Подбежав к деду, она плеснула на него из ковшика.
– Уф, – дед открыл глаза.
– Жив, – выдохнула бабка. – Я уж, грешным делом, подумала, что отмучился.
Дед посмотрел по сторонам и попытался приподнять голову.