Быстро зашагала вперёд, с каждым мгновением ощущая, будто меня кто-то ведёт, зовёт за собой…
— Не бойся, — прошептала Кристалиара, — уже близко. Фиалковые…
Договорить фейри не смогла. Тихий голос растворился во тьме и связь оборвалась…
— Фиалковые? — недоумённо пробормотала, обернувшись к Синтии.
Может, я что-то не так услышала?
«Знаю!», встрепенулся светлячок, метнувшись в другой конец коридора, а я помчала за ней.
Может, речь шла о цвете комнаты? Или, в этой части замка комнаты называют в честь цветов?
Синтия резко свернула налево и замерла возле второй двери.
Перед тем, как открыть и войти, я ещё раз просканировала комнату. Одно живое существо!
Во имя Девяти Богов! Неужели нам повезло?!
Судя по всему, Авориллиан даже в страшном сне не предполагала, что кто-то сможет пройти арку, поэтому не озаботилась выставить дополнительную охрану.
Или ей просто некого ставить? Может, у них с Эрианом нет сильных союзников?
Светлячок нетерпеливо замерцал, и я рывком распахнула двери.
Триединая, пусть у нас всё получится!
Фиалковая комната на самом деле оказалась чем-то средним между гостиной и святилищем. В левом углу — статуя Великой Матери, на стенах — картины, изображающие легенды о первых Мечтателях, возле окна — небольшой фонтан, вокруг которого порхали волшебные бабочки, и … зеркала. Много зеркал.
Слишком много даже для святилища Великой Матери…
Синтия снова настойчиво замерцала, напоминая, что у нас мало времени, и я последовала за ней в соседнюю комнату, пытаясь не думать о странных зеркалах.
— Помоги! — голос королевы стал немного чётче и громче. На таком расстоянии Кристалиаре было проще передавать сообщения.
Как только мы зашли в спальню Синтия метнулась к огромной кровати и, просочившись под балдахин, засияла так ярко, что её мерцание стало видно даже через ткань.
Не ошиблись!
Я метнулась к кровати, но сделав несколько шагов замерла, заметив лежащий на прикроватной тумбочке гребень из кости тхарга.
Во имя Девяти Богов! Что здесь происходит?!
Ладно, об этом подумаем позже, сейчас главное — спасти королеву!
Рывком распахнула балдахин и… замерла, увидев лежащую на кровати женщину…
Худющая, измождённая и бледная, с сухой словно пергамент кожей, блеклыми волосами и резко очерченными морщинами… она ничем не напоминала красотку фейри, которую мы видели на карнавале.