— Ты ещё кто?
— Я «Матерь Драконов». Ты что, ничего не помнишь? — с наигранным удивлением смотрю на пациента. — Как тебя сковали цепями Истязатели Плоти? Или как тебя сюда тащили? Или как ты там что-то лепетал о портале и докладе в штаб.
— Р-р-р, — дракон оглянулся по сторонам и трупов демонов, само собой, не увидел. Я их всех пустил на эфир ради лечения пациента. — Ты не ответил, человек! Где я и кто ты?
Указываю на крылья пациента.
— Крылья целые? Лапа не болит?
— ЧЕЛОВЕК, — дракон рявкнул, добавив Власти, и гордо расправил крылья.
— СИДЕТЬ, — теперь уже моя Власть шибанула во все стороны. — Если бы ты имел хоть намёк на терпение, услышал бы ответ. Я целитель, который тебя, оболтус, вернул в строй. И я тебя не знаю! Отвечать не собираюсь, ибо следуя придворному этикету…
Показываю пальцами кавычки.
— Вы, НЕуважаемый дракон, должны были представиться первым. А теперь, будьте добры, свалите отсюда нахрен! Вам вроде как надо доставить доклад в штаб… МЧС? Армии? Обороны? Мне всё равно.
Дракон зарычал, собираясь что-то добавить, но, уловив разницу во Власти, быстренько заткнулся. Дожили! Пациенты пытаются качать права, не сказав «спасибо».
Направившись к выходу, дракон всё же снизошёл до ответа.
— Джейбиа Урулоги, человек! Запомни это имя.
У меня в душе вообще ничего не шевельнулось. Дитё, ей-богу! Впрочем, по драконьим меркам Джейбиа и есть дитё. Судя по состоянию организма, ему ещё и пятидесяти не стукнуло.
Когда горе-пациент ушёл, я вернулся на платформу и объяснил застрявшим пассажирам ситуацию. Сейчас никому из них на поверхность выходить нельзя. Там, мало того, что ночь — в сумерках демоны видят лучше людей и эльфов — так ещё и портал в Пекло находится на расстоянии всего-то в километр.
Пришлось мне самому спуститься в тёмный тоннель метро. Выбраться из опасной зоны сейчас реально, только если пройти под землёй.
Пока шли, народ фонариками в телефонах подсвечивал себе дорогу. Я же создал несколько артефактов-светлячков из пальцев-кинжалов Доминатора и раздал мужчинам покрепче. Эти искусственные факелы хорошо разгоняли тьму, царящую в тоннелях, заодно успокаивая людей.