Сколько сейчас длился поцелуй, Кай не помнил. Он не помнил себя, не помнил, где он и кто, но он чётко понимал, что это губы Аршада на его губах, и это его объятия, в которых он был сейчас.
Опять очнувшись от странного забытья, Кай встретился с глазами Аршада, смотрящем на него сверху вниз.
— Поцелуев на сегодня достаточно, — Аршад опять лукаво улыбался, — сделаем перерыв. Но я могу тебе показать и другое удовольствие, — видя непонимание в глазах Кая, Аршад продолжил, — ты курил это? — он показал на кальян.
Кай утвердительно кивнул головой.
— Ложись, — Аршад взял подушку и положил себе на колени.
Кай не стал спорить, положил голову на подушку, полностью вытянувшись на диване. Аршад потянулся за кальяном.
— Я сейчас вдохну дым, а ты приоткрой губы, я выдохну его в тебя. Вдохни его и задержи дыхание.
— А дальше? — Кай чувствовал, как рука Аршада гладит его кудри, запутываясь в них пальцами и погружаясь в них.
— Увидишь."
"Аршад втянул себя дым кальяна и нагнулся к губам Кая, тот сделал, как сказал Аршад, а дальше мир закрутился в пёструю карусель.
Аршад продолжал играть с его кудрями, то накручивая их себе на пальцы, то отпуская, смотря, как упругий завиток проскальзывает, оставляя ощущение чёрного шёлка. Он видел, что сейчас Каю хорошо.
Он услышал шаги и поднял глаза, в беседку зашли Максуд и Гифар, которые не скрывали радостных улыбок, видя эту идеалистическую картинку.
— Вы договорились? — Максуд искренне улыбался, видя сейчас лицо Аршада.
— Да. Мы пришли к договору.
— Даже договору? Всё так серьёзно?
— Да, очень серьёзно, — видя, что его друзья слушают его с вниманием, Аршад продолжил, — Кай верующий, для него связь с мужчиной — грех. Я уважаю его веру и не стану виновником его грехопадения. Только если он сам не переменит своего мнения или если не будет с другим мужчиной — тогда он мой.
Гифар и Максуд от такого выпали в осадок, поняв, что Аршад готов ждать, а не брать силой то, что он так хочет.