Надеюсь, Алексей Александрович, вы знаете, что делаете, и всё обойдётся без ненужных трупов?
— Постараюсь, Виталий Борисович. Как и договаривались, Дашковых едем просто попугать. — хмыкнул я. — Вернее, еду попугать я, а вы просто за мной приглядываете.
— Именно так, Алексей Александрович. — кивнул сидевший за рулем Пафнутьев, а Белобородов тяжело вздохнул.
Прохора с машиной оставили рядом с Воскресенской церковью и прошли с Пафнутьевым по хорошо освещённому фонарями переулку метров двести до ворот особняка Дашковых.
— Клещ, двое на воротах, один бродит по двору, в доме из бодрствующих двое. Всё.
— Работай, Злобырь. — Пафнутьев переместился мне за спину.
Нырнув в темп ещё глубже, я погасил сначала первых двух, которые охраняли ворота, потом того, который шарился по двору, затем настала очередь тех двух, которые не спали в доме.
— Готово, Клещ.
— Заходим. — услышал я из-за спины.
Тихо зайти не получилось — через ворота перелезать было лень, а моя попытка продавить закрытую железную калитку внутрь закончилась громким скрежетом металла. Когда калитка с грохотом обрушилась на пол проходной, взвыла сирена сигнализации, сквозь которую я услышал соответствующий комментарий от Пафнутьева:
— Да, Злобырь, в разведку тебе рановато. — на что я только отмахнулся."
"И слава богу, что сработала сигнализация, а то бы пришлось Дашковых гневом будить.
Расстояние до дома мы преодолели за несколько секунд, с дверьми заморачиваться не стали и снесли их с петель — я правую створку, Пафнутьев левую. Он же взял на себя и роль проводника, и вскоре мы с ним удобно разместились под вой сигнализации на том диване гостиной Дашковых, который был развёрнут аккурат в сторону лестницы.
— Все проснулись. — продолжил мониторинг я.
А вот и сами Дашковы показались. Я этих своих родственников не видел вообще ни разу, а причина была проста — их Род не входил в число Главных, и на том памятном приёме в Бутырке, а также на моём объявлении в Кремле, Дашковы не присутствовали.