Касательно же безопасности Петровых и Ольденбургских в самое ближайшее время придётся что-то радикально решать, и правящего рода Норвегии после нашей с Соней помолвки это будет касаться в первую очередь…
К удивлению, мой лучший друг к «инструктажу» отнёсся не только с пониманием, но и с полнейшим спокойствием. Причина такого его поведения выяснилась достаточно быстро:
– Да меня уже Прохор успел коротенько в проблематику посвятить, – вздыхал Шурка. – И с отцом обещал завтра переговорить, чтобы и они с мамой и братом выполняли эти же инструкции.
Я ободряюще хлопнул Петрова по плечу и хмыкнул:
– Привыкать нам с тобой, Шурка, следует к другому – возврата к обычной жизни, похоже, уже не будет…"
"С Соней разговор начался по аналогичному сценарию, только в роли Прохора выступил дед Николай, который, судя по всему, весьма доходчиво обрисовал Ольденбургским все не очень весёлые перспективы, связанные с нахождением принцессы рядом со мной.
– Алексей, что вообще происходит между тобой и этой баронессой фон Мольтке? Особенно меня интересует этот вопрос в свете нашей с тобой скорой помолвки.
Ясно – царственный дед Ольденбургским уже намекнул, чтобы готовились к этому эпохальному событию. Заботу же о безопасности членов правящего рода Норвегии дедуля обосновал скорым родством с Романовыми. А что касается баронессы – подходящих «отмазок» мне в голову всё не приходило, поэтому я решил отделаться виноватыми междометьями:
– Ну… понимаешь, Соня, там такое дело… не всё так однозначно…
Девушка смотрела на меня с подозрением:
– Опять тайны на ровном месте разводишь, Алексей? – упрекнула она меня.
– Догадываюсь… – пробормотал я.
– Вот и не заставляй меня в тебе разочаровываться. – Девушка вздохнула, а я почуял, что гроза миновала.