Того самого, чей оскал изображен на его зажиме для галстука.
— Здравствуйте, Андрей Викторович, — Рома выступил вперед и протянул руку для пожатия. — Очень рад вашему визиту. Замечательно, что вы нашли время посетить нас.
— Как я мог не приехать, — глубокий и мощный голос мужчины мог вызвать схождение лавины с гор, — и не поздравить тебя с женитьбой. Слухи о твоей красавице жене уже дошли до главного офиса. Девушки из бухгалтерии расстроены. От них ушел завидный жених.
— Передайте им, что я прошу прощения, но сердцу не прикажешь.
— Женился по любви? — усмехнулся Андрей. — Поздравляю! Дай хоть взгляну на твое приобретение.
Рома отступил, пропуская босса ко мне. Я склонила голову, мечтая стать незаметной. Вдруг повезет, и мужчина пройдет мимо.
Андрей подошел вплотную. Глядя исподлобья, я видела перед собой широкую мужскую грудь. От Ветрова пахло дорогим одеколоном и сигарами. Из-за терпкого запаха защекотало в носу, и я сморщилась, чтобы не чихнуть.
Начальник Ромы походил на исполинский дуб, рядом с которым я была тонкой ивой.
Никто не заступился за меня. Даже Рома не возмутился тем фактом, что чужой мужчина вот так запросто касается меня. Похоже, Андрею Ветрову позволено все. По крайней мере, среди нас не нашлось человека, который бы рискнул ему возразить.
Я покорилась, взглянула мужчине в лицо, хотя от его прикосновений мне было не по себе.
— Отличный выбор, Рома, — хмыкнул Андрей. — Кто бы подумал, что в командировке ты найдешь такое сокровище. Натуральная блондинка, — рука мужчины с подбородка переместилась на мои волосы. Прошлась по локонам, пропустив их между пальцев. — Да еще с зелеными глазами. Лучезарная девочка, — пробормотал он тихо, так что расслышала только я.
Убрав руку за спину, Андрей отступил, и сразу стало легче дышать. Кожа еще хранила тепло его прикосновений, и мне вдруг захотелось умыться или хотя бы протереть лицо, чтобы убрать с себя его след.
Молчание затянулось. И тогда вмешалась Ирина, за что я была ей от души благодарна:
— Не будем стоять на улице. Пройдемте в дом.
Ирина протянула Андрею руку, но он ее не принял.
— Пусть меня проводит хозяйка дома, — он повернулся в мою сторону.