Болезненные импульсы отозвались в моём сердце протяжной струной. Я попыталась ототкнуть от себя Карима и проехалась раскрытой ладонью по его плечу. Когда и это не помогло, я просто сжала зубами его нижнюю губу и прокусила её до крови.
— Больше. Никогда. Не подходи ко мне. Чудовище, — выплюнула ему прямо в лицо и пошла в сторону кровати, а затем вдогонку услышала низкий голос, произнёсший: «Пять тысяч».
Обернулась. Не обращая внимание на наготу наших тел, подошла к Кариму. Смахнула с щеки слезы и прищурила глаза, пытаясь понять: врёт или нет.
— Ты дал ему пять тысяч долларов?
— Да, — коротко выдохнул.
— Да кто ты такой? Кто дал тебе право вмешиваться в мою жизнь? Думаешь, если ты весь такой из себя, то тебе всё дозволено? — я ткнула пальцем в мужскую грудь и сразу же вскрикнула, когда Карим неожиданно схватил меня за запястье и едва не сломал руку.
— Ещё раз. Позволишь себе говорить со мной в таком тоне, то я очень сильно тебя накажу, Лю-ба, — протянул моё имя по слогам и впился колючим поцелуем в изгиб моей шеи.
Больше мы не говорили. После этой сцены Карим молча оделся и ушёл, а я проплакала на кровати всю субботу. Мне было больно, как никогда. Умом я понимала, что Дима не стоит мох слёз и нечего тут разводить океаны, но парадокс — рыдала я вовсе не из-за Димки, а из-за жгучего брюнета, которого знала и сторонилась с самого детства. Карим сделал мне очень-очень больно. За моей спиной он провернул подлость, о которой я даже подругам стесняюсь рассказать. Получается, пять тысяч долларов интереснее, чем я и отношения со мной.
Воодушевленная этой идеей, я подорвалась с кровати и побежала на первый этаж, чтобы попросить деньги у брата. Я бегала из комнаты в комнату. Заглядывала в каждый угол и шкаф. Даже на улицу вышла и прошлась до ворот и обратно, но Арса нигде не было. Уехал? Странно. Я совсем не слышала, как заводился мотор его машины. Достав из заднего кармана джинсов свой мобильник, я в спешке набрала номер брата, но оператор на том конце провода красноречиво объяснил, что абонент не доступен.
Глава 15
Ярость бурлила в крови похлеще, чем кипяток. Карим вышел из особняка Зарецких и поплёлся в сторону ворот, где его уже давно ждал личный водитель. Дойдя до автомобиля, остановился. Поднял взгляд на окно спальни Любы и шумно выдохнул. Потёр ладонью короткую щетину на лице и снова ощутил прилив злости. Мелкая засранка опять восприняла всё в штыки.