Эти коллекторы точно не смогут проникнуть в дом Карима? А что, если они сейчас за ними следят?
Ощутив в тоненьких пальчиках мелкую дрожь, Карим остановился. Развернулся к девушке лицом и, ухватившись руками за тонкую талию, притянул к себе. Покрыл поцелуем макушку головы, а затем шепнул на ухо, что в доме абсолютно безопасно. Комар и носа не подточит, если что. То ли сработал спокойный тон, то ли уверенность, с которой говорил Карим. Не важно. Главное, что девушка успокоилась и, прижавшись щекой к мужской шее, устало прикрыла глаза.
Держась за руки, молодые люди прошли на кухню. Карим принялся заваривать чай, а Люба — молча наблюдать со стороны. Кажется, только сейчас до неё мало-помалу стало доходить, что вся эта забота, опека и покровительство со стороны Карима существует очень давно. Всегда. Абсолютно всегда, где бы она не появлялась, Карим заботился о ней. Да чего только стоят те духи, которые он ей дарил на каждое восьмое марта на протяжении последних пяти лет.
— Лимон добавить? — низкий голос вырвал из раздумий. Люба и опомниться не успела, как увидела перед собой большую чашку.
— Можно.
Карим одобрительно кивнул головой и, уловив боковым зрением, следящий взгляд Зарецкой, задумчиво улыбнулся.
— Спасибо, — протянула Люба, поднося к губам чашку горячего чая.
— Пожалуйста, — выдохнул Карим.
***
Я заснула на груди Карима, когда в спальню пробрались первые солнечные лучи. Обхватив рукой крепкий торс, я положила голову на место, где бьётся сердце и закинула ногу на мужское бедро.
Ближе к полудню проснулась в гордом одиночестве. Заправила постель и первым делом отправилась в душ. Отыскать свою одежду я так и не смогла, поэтому снова надела мужской халат. По всей видимости, Карим проснулся гораздо раньше меня, но будить не стал.