— Его глаза метнулись вдоль дороги, ведущей в Северный Йоркшир, в сторону общинной площадки, где кроме автостоянки был еще общественный туалет — старинная каменная постройка. Там можно было укрыться если не от холода, то хотя бы от ветра. Впрочем, у Мэгги было предложение получше.
— Пошли со мной, — сказала она и, дождавшись, когда он убавит в приемнике громкость, ввиду важности момента, повела его через ворота автостоянки отеля. Они прошли мимо машин. Ник присвистнул от восторга при виде серебристого «бентли», прибывшего сюда еще до того, как Джози и Мэгги шли к реке.
— Куда мы…
— Есть одно местечко, — ответила Мэгги. — К Джози. Она не станет возражать. У тебя есть спички? Нам они понадобятся для фонаря.
Они осторожно стали спускаться по тропинке, покрывшейся вечером корочкой льда, а трава и мелкие кусты оставались, несмотря на холодный ветер, сырыми из-за водяного пара, непрестанно поднимавшегося от реки сквозь огромные глыбы известняка.
— Дай-ка я пойду впереди, — сказал Ник, протянув ей руку, чтобы она не поскользнулась.
— Вот, — сказала она, когда они добрались до старого ледника, и толкнула дверь. Она заскрипела на петлях и царапнула пол, задрав край коврика. — Это убежище Джози, — пояснила Мэгги. — Только никому не говори о нем, ладно?
Он остановился, пригнувшись, в дверном проеме, пока Мэгги возилась с бочонком и стоявшим на нем фонарем.
— Мне нужны спички, — сказала она, и он положил ей в ладонь коробок. Она зажгла фонарь, убавила его яркость до свечной и повернулась к нему.
Он оглядывался по сторонам.
— Чудеса, — произнес Ник с улыбкой.
Она прошла мимо него, чтобы закрыть дверь, и, как делала Джози, побрызгала стены и пол туалетной водой.
— Тут холодней, чем снаружи, — сказал Ник, застегивая куртку и потирая озябшие руки.
— Иди сюда, — сказала она и, присев на топчан, похлопала рукой рядом с собой.
Через какое-то время он высвободил руку из-под одеяла и достал свои любимые «Мальборо». Мэгги вернула ему спички, и он зажег сразу две сигареты, для обоих. Он втянул дым и задержал дыхание. Мэгги сделала вид, будто тоже затянулась.
Как хорошо, когда он рядом. Поскрипывание его кожаной куртки, его нога на ее ноге, тепло его тела, длина его ресниц и сонные очертания его глаз с тяжелыми веками.