Кейт, кусая губы, стала набирать номер справочной. Запросив телефон «Интеркомпа», она записала цифры на первом попавшемся клочке бумаги и протянула Грею:
– Я все ему расскажу, но сначала вы попытайтесь уговорить его побеседовать со мной.
Грей кивнул, набрал номер и, вопросительно вскинув брови, уставился на Кейт.
– Во время моей последней встречи с Митчелом рядом стояла Мередит, – объяснила Кейт, – она слышала все, в чем он меня обвинял. Отходя, она смотрела сквозь меня, словно не видела. Можете не сомневаться, она все изложила мужу, так что Мэтт Фаррел не захочет иметь со мной ничего общего.
– Я заставлю его выслушать вас. Но сначала должен кое о чем предупредить, – добавил он, после того как попросил секретаршу в приемной «Интеркомпа» соединить его с офисом Мэтта Фаррела. – Прежде чем просто так отдать десять миллионов долларов, Уайатт, несомненно, захочет получить какое-то доказательство, что Дэнни его сын. В досье есть формула ДНК Уайатта, а через несколько часов мы получим данные ДНК Дэнни.
– Никакой ошибки нет и быть не может!
– Хорошо, – вздохнул он. – Это секретарь Мэтта Фаррела? У телефона Грей Эллиот. Мэтт у себя? Дело очень срочное.
Кейт, сама того не сознавая, затаила дыхание. Секунды шли, а она могла думать только о том, что Дэнни сейчас неизвестно где, с чужими людьми.
– Мэтт, – неожиданно сказал Грей в трубку, – я в квартире Кейт Донован. Ее малыша похитили сегодня утром. С минуты на минуту объявят желтую тревогу, так что сам можешь все узнать, если включишь радио или телевизор. Кейт необходимо поговорить с тобой.
Кейт встала и взяла трубку.
– Мистер Фаррел, – сухо объявила она, – отец Дэнни – Митчел Уайатт. – Она помедлила, ожидая какой-то реакции, но, ничего не услышав, очертя голову бросилась вперед: – Похитители требуют десять миллионов долларов сегодня вечером.
Слезы мешали говорить, и Кейт покрепче вцепилась в трубку.