Одежда в наше время обходится не меньше, чем когда-то новая машина.
– Да, мадам.
Старики с трудом одолели три каменные ступени крыльца, и Грейнджер, слегка задыхаясь, спросил:
– Как вы дадите мне знать, когда пожелаете уехать?
Оливия мигом остановилась, словно оцепенев, и свирепо уставилась на него.
– Даже не думайте двинуться с места! – предупредила она. – Мы по крайней мере не собираемся потакать капризам мелочного тирана! Припаркуйтесь вон там, под крытыми въездными воротами!
Услышав это, дворецкий протянул руку, чтобы помочь ей снять пальто, и преспокойно попытался отменить приказ.
– Ваша машина должна ждать за воротами, а не в каком-то другом месте, – дерзко сообщил он, когда Грейнджер повернулся и принялся с трудом спускаться вниз. – Пожалуйста, велите вашему водителю…
– И не подумаю! – оборвала она и, почти швырнув ему трость, сама сняла пальто.
Дворецкий чуть поежился под ее уничтожающим взглядом.
– Грейнджер!
Грейнджер, застрявший на второй ступеньке, обернулся и уставился на хозяйку, вопросительно подняв белоснежные брови.
– Повторяю, встаньте под крытыми воротами, и если кто-то посмеет приблизиться к вам, разрешаю сбить его машиной, – отчеканила она и, явно довольная собой, удостоила дворецкого ледяной улыбки. – Кстати, там стоит черный иностранный спортивный автомобиль. Кому он принадлежит?
– Мистеру Митчелу Уайатту, – пояснил дворецкий.
– Я так и знала, – злорадно процедила Оливия, сунув пальто дворецкому и одновременно выхватывая у него трость. – Вижу, он тоже не желает подчиняться капризам старого тирана.
Гордо тряхнув головой, она тяжело оперлась о трость и побрела по неровному, выложенному сланцевыми плитами фойе на звуки голосов, несущихся из гостиной.
– Мистер Сесил велел вам подождать его в кабинете, – бросил ей в спину дворецкий.
Но несмотря на внешнюю браваду, Оливии не слишком хотелось оказаться с глазу на глаз со своим грозным братцем. Он обладал поистине дьявольской способностью предвидеть любые попытки сопротивления еще до того, как и в какой форме оно было оказано.
"В гостиной было полно людей, но Митчела не оказалось ни там, ни в столовой, где гости толпились у ломившихся под тяжестью блюд столов.