Но всего через несколько минут, терзаемый неумолимой, жесточайшей, лишающей разума похотью, сдался и вернулся, чтобы ответить на ее вопросы. И словно этого было недостаточно, побуждаемый совершенно дурацким приступом благородства, отказался спать с ней в номере ее любовника, решив подождать до завтра и повести ее в отель на Сен-Мартене.
И это было особенно странно и глупо, тем более что он был совершенно откровенен относительно своих намерений переспать с ней.
Ели судить задним числом, его поведение прошлой ночью было совершенно обескураживающим, и все же тому были причины.
"Так он по крайней мере чувствовал вчера. Но настал другой день, и без лунного света и музыки, без сочетания обстоятельств, которые сделали этот вечер абсолютно незабываемым, вполне возможно, что волшебство растает. Прямо сейчас Митчел вовсе не был уверен, чего хочет.
Погруженный в размышления, Митчел не сразу заметил очередной паром, идущий прямо к яхте, и, вместо того чтобы потянуться за газетой, схватил тост, оторвал кусок и бросил за борт.
– Леди и джентльмены, – прогромыхал голос капитана, – если вы поклонники кинозвезды Зака Бенедикта…
Митчел снова швырнул птицам корм, и они дождем посыпались с неба, оглушая туристов пронзительными воплями и пикируя вниз, подобно крохотным истребителям.
– Приготовьте камеры…
Митчел схватил остатки хлеба и медленно скрошил за борт. Лавина чаек жадно набросилась на добычу.
– Берегитесь чаек…
Митчел глянул на часы и отодвинул стул. Еще нужно успеть покидать в сумку кое-какие вещи на вечер.
Защищенный от любопытных глаз стаями обезумевших птиц, он медленно пошел по палубе.
Темно-синяя багажная сумка Кейт, уже собранная и закрытая, лежала в изножье постели.