Ты знаешь, на сколько растягивается зараженный пояс, и есть ли он до сих пор? Нет. И никто не знает. И что мешает этим двоим сбежать в черный сектор, не выполнив порученного? Просто из трусости и желания жить. Они там подохнут, конечно, сразу, но толку-то нам от этого ноль. А тут отправятся добровольно, и очень быстро. Поскольку будут уверены, что по следу уже мчатся другие смертники. Сколько у нас охотников, они не знают. Скажем: сотня — и в это поверят. Нам же надо выяснить — можно ли отправлять в Зета-центр людей. Если эти двое сдохнут — невелика потеря, но зато мы будем достоверно знать: соваться туда нельзя.
Его собеседница только усмехнулась:
— Ну, вы даете, агент.
Джед в ответ на это развел руками, как будто извиняясь, что мыслит глобальнее и коварнее своей визави.
* * *Кровь из носа всё текла и текла, Айя шмыгала, чтобы хоть как-то её остановить. На скуле медленно наливался синяк.
На смену кровотечению сразу же пришла головная боль. Айка кое-как умылась, чувствуя, что ноги буквально подгибаются — так хочется лечь. И спать, спать, спа-а-ать.
Она вернулась обратно на свой спальник и скорчилась на нем, стиснув ладонями виски.
Керро ткнул в плечо, протягивая таблетку. Айя взяла её дрожащими руками, бросила в рот и проглотила, даже не запивая.
В себя она пришла внезапно и села рывком, не понимая, что случилось. Огляделась, растерянно потерла лоб и хрипло спросила:
— Керро, я на тебя кидалась или… или приснилось?
Мужчина, сидевший за столом, аж подавился и, еле откашлявшись, выдавил:
— Да? И что еще тебе приснилось?
Айка вжала голову в плечи и ссутулилась, понимая, что всё произошедшее снова было не сумбурным сновидением, а реальностью.
— Прости… — тихо сказала она, не решаясь поднять глаза от пола. — Я не знала, что так получится.
— Запомни раз и навсегда. Можно пристрелить любого, и все вокруг только пожмут плечами: слабак. Можно отобрать вещь или украсть — и все пожмут плечами: слабак или лошара. Но нельзя дотрагиваться или брать чужую вещь просто так. Поскольку тому, у кого ты ее взяла, придется доказать всем вокруг, что он не лошара и не слабак. А ты этого не переживешь.