Вчера до трёх ночи работал!!! Зашивал, доставал пули, ставил шины, а за соседним столом двое спешно нанятых помощников потрошили мёртвые тела… Потом, когда органы, взятые с трупов, переполнили рефрижератор, док наотрез отказался принимать на ливер покойников. Тогда ему потащили на разделку живых: раненых и парализованных. И органы от трупов полетели за порог. Потом и с живых (те, что похуже) отправились туда же. Надо будет сегодня нанять пару ханыг, чтобы вывезли отбракованное подальше. Сейчас хоть и холодно, но рано или поздно завоняет.
Но как эта… провожатая от груды ливера, сваленной на выходе, передернулась. Конечно, быстро себя в руки взяла, попыталась не показать, но у Клауса глаз намётан.
Эх, как же с парализованными удобно было работать! Не орут, не вырываются — даже фиксировать не надо. Лежат смирненько, только ужас в глазах и слезы текут, но, ни писка, ни крика. Красота. Когда доку надоело трудиться под вопли, он даже запасной магазин к игольнику помощникам выдал. Жалко, конечно, было, но уж очень крики достали.
"Откровенно говоря, сегодня док собирался просто отдохнуть. Всех денег не заработаешь, а рефрижератор и так полон. Причем изъятые органы не ниже второго класса, а часть, наверняка, и на первый потянет. До прибытия курьера ещё целый день, как раз можно протестировать… И поди ж ты.
Но убедительная девка. Когда она у запасного выхода первый замок вынесла — полуторасантиметровые штыри перерубила — это было эффектно.
Блин, от кого же она и к кому ведёт? Одета зашибись: и под размер, и в комплект, причем одежка с подбивом от игольника. Оружие — вполне себе, и это ещё не удалось тот её ножик толком рассмотреть.
Тем временем девчонка уверенно двинулась в сторону бывшей кроличьей лёжки. Её миновали почти бегом, док даже по сторонам не посмотрел.