Казнить нельзя помиловать

Когда немногочисленные утренние зеваки подбежали ближе, он уже не двигался.

Пожилая женщина закричала. Толстяк в кожаной куртке, выскочивший из ""Ремонта обуви"", опустился на колени возле мертвого и, пощупав запястье, достал из кармана телефон. Два совсем маленьких пацана пожирали глазами лежащее на ступеньках тело, на лицах их были ужас и ликование. На вопли женщины стал сбегаться разный народ. На что смотреть-то? Обычный заказняк. Я пару раз оглянулся и решительно повернул к ""Перекрестку"". Когда стеклянные двери мягко разошлись передо мной, я услышал там, позади, милицейскую сирену.

Времени у меня было сколько угодно, а денег прискорбно мало, учитывая тот факт, что на сумму, вырученную за проданный ""опель"", я намеревался прожить еще с годик. Поэтому я долго слонялся по продуктовому залу. Отойдя от кассы, пересчитал бумажки, сдал на хранение пакет с продуктами и пошел к лестнице. Второй этаж нашего ""Перекрестка"" устроен следующим образом: в глубине - ларек видеокассет, справа притулился салон красоты, а прямо, как поднимешься по ступенькам, - вечно неработающий маленький отдел за стеклянной перегородкой.

Там торговали то холодильниками, то парфюмерией, но никто не мог прижиться надолго.

Мне сразу бросилось в глаза, что в отделе обосновался новый хозяин. За стеклом была видна офисная мебель, а у самой двери - элегантный фикус. Каким торговали товаром, я издали не понял и подошел ближе: дел у меня не было, я никуда не торопился, никто меня дома не ждал. Дверь была открыта, и я вошел.

Ни товаров, ни витрин. За полукруглым столиком, заваленным папками, боком ко мне сидел мужчина средних лет с резкими залысинами и седым ""хвостом"", стянутым аптечной резинкой. Он не обращал на меня никакого внимания. Я покашлял.

- Максим Иванович умер, - сказал мужчина кому-то, прячущемуся за широким офисным шкафом. Голос у него был бесцветный. Из-за шкафа не отозвались, и я понял, что там никого нет.

- Вы мне? - спросил я.

Человек поднял на меня глаза, и я заметил, что за левым ухом у него торчит сигарета.

Он был похож на потрепанного Мефистофеля. Мне вдруг до обморока захотелось курить.

- Что-то интересует? - Он придал своему тусклому голосу некоторое радушие. - У нас вы можете получить замечательные подарки, выиграть замечательные призы, эта уникальная возможность предоставлена вам замечательной ком..."

"Я потряс головой. Желтый столик слегка поплыл в моих глазах, сделал поворот и остановился. На мгновение меня охватило ощущение дежа вю.