Казнить нельзя помиловать

Но ты собираешься время от времени забирать Ирната на Терру, он же не сможет молчать, обязательно проговорится, что живет с мамой! Что подумают твои подопечные и жена?

— Как рассказать? Пока никак! Я думал так: пусть пройдет время, мальчик привыкнет к тебе, потянется. И однажды просто сказать ему-это не тетя Кайли, это твоя мама! Мне кажется, что так будет правильно. Что до переселенцев и Мицури — буду решать задачу ближе к делу. Ты права, заранее лучше ничего не планировать, ведь обстоятельства могут измениться, и потребуется другое решение.

Если мы купим корабль, то в первые годы я сам смогу к вам прилетать. Сниму дом поблизости и буду проводить время с сыном, учить его всему, что знаю сам. А когда он подрастет настолько, что сможет держать язык за зубами, можно будет и его свозить на Терру. Посмотрим, как получится. Что заранее переживать и дергаться?

— Ой, не знаю! Ирнат может поинтересоваться — почему мы так долго скрывали? Надо было или говорить сразу или ждать теперь, когда, — Кайли вздохнула, — когда… он догадается сам.

Но на это двух недель может не хватить! Какой бы разумный Ирнат ни был, он еще очень мал, его интуиция развита плохо, а… Постой… скажи, сын унаследовал твой дар? Ты говорил, что у вас с братом один дар на двоих, вернее, по половинке одной способности. А у Ирната есть что-то похожее?

Мужчина выпрямился и улыбнулся.

— Ты догадалась! Может быть, у тебя тоже есть какая-то способность? Интуиция, предвидение?

— Вряд ли. Так о чем я догадалась?

— Ты права, Ирнат унаследовал эту способность, причем в полной мере.

Он чувствует как добрые эмоции, так и отрицательные. Поэтому я спешу с обучением, поэтому он часто недоверчив к чужим.

— Поэтому он сразу меня принял? — догадалась Кайли. — Чувствует, что я люблю его и не причиню зла!

— Да, я на это и рассчитывал. И к Мицури он пошел тоже сразу, потому что она единственная из всех не злилась на плачущего малыша, а пожалела его и искренне хотела помочь. Прости, что напоминаю, но без ее помощи я не справился бы.

Несколько раз пытался привлечь на помощь, за плату, естественно, детных переселенок и женщин постарше, что работали на базе, но Ирнат у всех заходился криком. Тогда я не знал, что от потрясения из-за разлуки с тобой у него проснулся дар, и ребенок просто чувствует, что на него злятся, вот и плачет, пытаясь убежать от излучающих негатив людей. Потом я стал замечать, что с некоторыми людьми он ведет себя свободнее, а при других сжимается.