Скованно снимая с плечей его пиджак, я осторожно положила его между сидений, понимая, что намеренно тяну время, ожидая чего-нибудь… не знаю. Слова. Фразы. Поцелуя. Хоть чего-нибудь, чтобы только я не чувствовала себя такой потерянной и ненужной.
— Иди домой. — холодно проговорил Хан, даже не поворачивая головы, и поджав губы, я медленно кивнула, нехотя вылезая из машины и еще долго стояла на пороге, продрогнув и глядя на то, как с большой скоростью унеслась его машина, растворяясь в лучах этого дня.
Все это было как-то неправильно и даже нелогично….
Остаток дня я провела в полной прострации, то начиная хихикать и широко улыбаться, кусая губы при воспоминания о прошедшей ночи, то всматривалась в собственное отражение, с интересом и трепетом замечая, что это была все та же я, но уже совершенно другая. Словно внутри меня был секрет, от которого становилось жарко и волнительно, потому, что тело каждую секунду напоминало мне о том, что отныне я принадлежу только Хану.
"Конечно же, вечером меня ждал дорос с пристрастием о том, куда я пропала, что делала и с кем была, потому что, как оказалось, люди Хана доложили, что я уехала внезапно на курсы кулинарии для расширения кафе и что теперь мы должны будем печь еще и кондитерские изделия.
Пф! Я поддерживала эту сказку, как только могла, стараясь не краснеть и не выдавать себя с потрохами.
И лишь когда настала ночь, и все улеглись спать, я смогла расслабиться и еще раз поразмыслить о том, что случилось…вернее, почему Хан снова вел себя так непонятно, вздрогнув, оттого, что мой телефон оповестил о сообщении.
Так поздно для рассылки.
Нахмурившись, я удивленно хлопала ресницами, видя странную надпись о том, что сообщение пришло с номера, который невозможно определить. В самом сообщении было всего лишь два слова «спустись вниз».
Осторожно выглядывая из окна, я выгибала шею и ноющую после ночи спину, пытаясь рассмотреть, был ли кто-нибудь у порога дома в темноте ночи. Вот только никого не видела…
Можно было бы решить, что это чья-то недобрая шутка…или, может, номером ошиблись….
Было темно. Лишь только капли дождя начинали барабанить по крыше и подоконникам, оповещая о приближающемся ливне, словно небо рыдало над чьей-то бедой.