Александр, как заправский гид, тыкал пальцем вниз и рассказывал байки местных земель.
До аэродрома добрались без проблем. Нежить не беспокоила, зенитки по нам не отстрелялись. Благодать. Лег в правый круг над аэродромом, чтоб Александру с Катюхой виднее было. Мне все равно некогда — высота гуляла, не выходил чистый вираж, все время срываясь в спирали.
Пилот, активно жестикулируя, показывал на зачехленные самолеты, на пару шишиг, стоящих рядом с кучкой ангаров, домиков и контейнеров, призванных содержать тут аэродромное хозяйство.
Катюха предложила сесть и угнать самолет. Она, мол, на себя Як-12 возьмет, а Александр на Ан-2 улетит. Только головой качнул. Увлеченная у меня женщина, и порой это даже хорошо и приятно. Но только порой.
— Экипаж! Никаких посадок. Грунт на поле еще сырой, а мы без носового колеса — с нашим опытом, скапотируем легко и гарантированно. Посмотрели и домой! Потерпит аэропорт Новых Васюков еще несколько дней.
Обратно летели молча. Зато Александр, наконец, взял управление и теперь он мучился, осваиваясь, а я разглядывал пейзажи. Сели неплохо. По крайней мере, пробоины нет, брызги и волна двигатели не залили, а все остальное исправимо. Но вопрос переезда гидропорта в другое место встал остро. Рев винтов рядом с жилыми «корпусами» вызвал нарекания, да и разминутся в канале двум самолетам сложно — это поняли, когда навстречу покатился Корвет, дозаправившийся, сменивший наблюдателей и готовившийся лететь на новое задание.
До вечера ходили пешком вдоль канала Сброса, «промеряя и щупая» местность. Длина закрытой от залива молом части пятьсот семьдесят метров, ширина сто семьдесят метров. Глубина у мола около двух метров и мельчает к берегу. На берегу несколько строений Станции, от которых можно временно запитать электричеством гидропорт.
Из этого следовало, что опять придется идти грабить город.