«От колдовства, – умудренно думает она, – ждешь невероятного и удивительного, а оно оказывается просто работой. От тетушки Ивены можно ждать только скукотищи – а она оказывается дремознатцем. Вот это и есть чудеса!»"
"В самом начале тетушка честно созналась, что она еще не до конца постигла науку. В город она приехала ненадолго, повидать родню. Дома, на побережье, она числится в ученицах настоящего мастера. Но азы она может объяснить Геллене и сейчас.
– Можно еще сказать, что всякая вещь и всякая жизнь дополняют песню Девы своим эхом, – продолжает Ивена.
Холодок катится по спине Геллены. Задержав дыхание, она поднимается со стула и смотрит внимательней – но не на тетушку, а на воду.
Она не призналась бы в этом, но эта, новая Ивена ее немного пугает.
– Есть и обратная связь, – говорит та. – Где сталкиваются две волны – рождается новая. Где согласно звучат два эха, зачинается новый звук. Если ты выучишь язык, на котором поется Сон Жизни, то сможешь управлять поступками и словами людей, а также живой и мертвой природой.
Геллена закусывает губу. Она мало что поняла, но ее охватывает благоговение. И все же увлеченность не до конца затмила ее разум. Она не может не повторить вопроса:
– Тетушка Ивена… разве это не ведьмовство?
Та качает головой.
– Ты многое знаешь, милая. Разве тебе не рассказывали, что ведьмы используют силы Смертной Яви?
– Конечно.
– Ведьмы приводят в мир смерть и используют ее эхо для изменений. Потому что нет эха сильнее, чем эхо смерти.
– Да. Кажется, да. Это не ведьмовство, потому что используются только силы жизни. Но…
Ивена величественно кивает.
– Спрашивай, – одобряет она. – Хорошая ученица должна задавать много вопросов.
Впервые нравоучения тетушки приходятся Геллене по душе. Она смотрит на Ивену с искренней улыбкой.
– Но как они используются? Где взять силы, чтобы… изменять Сон Жизни? Некромантиссы поддерживают Деву своими песнями, они могут петь разные Сны – Сны Земли, Сны Воды… А здесь?
– Где взять силы, чтобы изменять Сон Жизни? – медленно повторяет Ивена и смотрит на ученицу с хитринкой.
Геллена приоткрывает рот.
– Нет.
– В собственной душе, дорогая. В глубине сердца. И самую великую силу дает любовь… Скажи мне честно, ты любила уже?
От неожиданности Геллена хватает ртом воздух. Алая краска заливает ее уши, щеки и шею. Девушка опускает глаза и впивается пальцами в край стола.
– Нет, – робко отвечает она.