Но смех почти сразу замирал на губах, когда чувствовала поцелуи мужчины на своей груди, требовательные руки на своих бедрах.
— Вика… Вика…
Мое имя — как молитва, как объяснение всего этого безумия, как сильный наркотик, и я исступленно шептала ему в ответ:
— Ник… Ник… Ник.
Одежду все-таки пришлось швырнуть на пол. Жалко, конечно, но ничего, завтра разберу, сложу все в шкаф, а сейчас мне хотелось спать. Свернуться комочком в объятиях хищника и уснуть, чувствуя себя защищенной и немного любимой.
ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ
Проснулась я поздно.
Зажмурилась, сладко потягиваясь в огромной кровати, и не сразу поняла, где нахожусь. К счастью, это состояние длилось недолго. Пару секунд понежиться, чтобы затем открыть глаза и сразу сесть, прижимая одеяло к груди и оглядываясь.
В окно ярко светило солнце, сообщая, что утро далеко не раннее. Хищника в пределах видимости не наблюдалось.
В комнате царил хаос. Весь пол занимали мои вещи. Большая часть огромной горкой лежала у кровати. А вот то, что было на мне вчера, и то, что мы с Ником с энтузиазмом друг с друга сдирали, валялось где попало.
Часы на тумбочке показывали десять часов.
М-да, заспалась.
Тело приятно ныло, напоминая о прошлой ночи. Настроение выдалось более чем отличное, я была так счастлива, что хотелось петь и танцевать. Но пока требовалось заняться делами насущными.
Обмотавшись простыней, я пошла в ванную. Пора приводить себя в порядок и наводить красоту, чтобы некоторые хищницы лопнули от зависти и вредности.
После легкого душа, умывания и чистки зубов, роясь в косметичке в поисках туши, я первым делом наткнулась на упаковку противозачаточных.
«Вот и отлично. Следующие две недели можно не волноваться о беременности и сходящих с ума от желания хищниках. Ждем в ближайшие семь дней прихода красных партизан».
Настроение с каждой минутой улучшалось в геометрической прогрессии. Завтра тридцать первое декабря, совсем скоро Новый год, и я была уверена, что испортить ощущение праздника и призрачного счастья ничего не сможет.
Переодевшись в джинсы и молочного цвета водолазку, принялась разбирать вещи и по возможности аккуратно складывать на полки в шкафу. Часть одежды безбожно измялась, и потом в любом случае придется просить у хозяйки утюг.
Ну и ладно.
Все это время улыбка не сходила с лица, и я даже — о, ужас! — начала мурлыкать под нос какой-то незатейливый мотивчик и качать головой.