Хищник цвета ночи

— На самом деле все плохо?

— Наши адвокаты работают над этим, — ушел от ответа мужчина, продолжая осматривать меня странным, непонятным взглядом.

— Я хочу помочь.

Светлая бровь поползла вверх.

— Помочь? Каким образом?

— Я изучала статьи, смотрела ролики. Ника ведь сейчас обвиняют в обороте и превышении норм самообороны? По остальным статьям вы смогли его вытащить.

Тот осторожно кивнул.

— В особняк Морозова-младшего он попал не один, — продолжила я. — Там были хищники К’Аури, именно они сказали ему, где меня надо искать.

Несмотря на все ужасы, которыми кормит нас СМИ, среди охранников-головорезов жертв нет. Переломы, раны и вывихи не в счет. Единственный, кто погиб в том доме, это Морозов-младший?

— Совершенно верно.

— Вы ведь понимаете, почему Ник не смог остановиться?

И снова этот внимательный взгляд, пронизывающий насквозь.

— Теперь особенно четко.

— Здесь нет моего имени. — Я указала на ноут, на экране которого была очередная статья о произошедшем.

— Это просьба Ника.

Не трогать и не привлекать вас.

— И из-за этого его надолго посадят в тюрьму. Я прошу вас устроить мне встречу с корреспондентом. Любым, на ваш вкус. Вы ведь в них разбираетесь лучше.

— И что вы хотите им рассказать?

— Правду.

— А как же подписка о неразглашении? — напомнил Дрэго.

— Я не собираюсь раскрывать им тайны следствия.

— И что же вы хотите сообщить миру?

— Нашу историю, — ответила ему. — Вы живете очень закрыто, молчите о правилах и традициях.

— А вы хотите их раскрыть?

— Я хочу спасти Ника.

Да, я собираюсь рассказать о шаери, о тех чувствах, которые вызывает зверь.

— Вы уже сообщили об этом следствию.

Я скривила губы в ухмылке и покачала головой:

— Следствию. Вы серьезно? Это дело имеет такой резонанс, что ваши же главы похоронят эту информацию, не дав ей просочиться. Нам нужна шумиха. Чтобы здесь, — я снова указала на ноут, — девяносто процентов людей, именно людей, встали на нашу сторону. Толпа может сделать много.

И вы это знаете.

Он слушал меня очень внимательно и потом молчал секунд тридцать, за это время я едва не задохнулась от отчаяния. Неужели не выйдет? Неужели откажет?

— Вы любите его, Виктория?

— Почему вы спрашиваете? — настороженно поинтересовалась у мужчины.

— Я думал о таком варианте, но сын запретил. Ник очень переживает за вас и всеми способами пытается защитить. То, что вы сейчас предлагаете, может помочь, но все имеет свои последствия.