Мало ли, может, ей время нужно как-то дом привести в порядок. Подoзреваю, без горничных и камердинеров жить совсем не так, как с ними. Поля обещала позвонить, как только приедет доставка.
У Алёны в квартире я осознал, что привычки — это зло. Сначала я забывал, что за всё нужно платить. Теперь — что если день закончился ночью, то на утро будет нужна чистая одежда. А у меня даже моей дворцовой не осталось. Пришлось надевать то, в чём ходил весь день.
Когда я в сообщении поделился своей бедой с Полиной, она сказала, что у неё можно будет постирать.
Я поднялся на шестой этаж. Поля уже ждала меня у открытой двери. Она была невозможно уютной в коротком, до колена, легком платье с открытыми плечами. Пушистые волосы были распущены, и от неё пахло не то фруктами, не то цветами, тем самым знакомым мне запахом.
— Привет! — сказала она, пропуская меня в квартиру.
— Привет! — сказал я и легко поцеловал её в губы. Тут главное сразу не увлекаться, потому что на голодный желудок всякие животные звуки процессу мешают.
В отличие от Алёниной квартиры, у Поли была всего одна комната. Зато умопомрачительно пахло специями. Пицца оқазалась очень тонким пряным пирогом. Мы выбрали два разных, и я большим трудом остановился. Потому что было вкусно. Но у меня были планы. В том числе на мороженое, хотя оно — не главное.
Напоследок, будто специально, я уронил начинку с кусочка пиццы прямо себе на брюки.
— Ой, какая я свинья неловкая, даже не скажешь, что при королевском дворе живу, — посетовал я.
— Скажешь. Потому что нормальные люди пиццу едят прямо руками, — Поля показала как, — а не вилкой и ножом. А ты правда-правда жил при кoролевском дворе? — она пoдставила под подбородок кулачок.
— Правда. Конечно, в сейчас в это сложно поверить, но я действительно был Верховным магом нашего королевства.
— Такой молодой!
— У нас и король молодой, Эльиньо Третий, многие ему лета…
Слово за слово, за тортом из мороженого, ложечка за ложечкой, я рассказал — без интимных подробностей, разумеетcя, — о Ледении и её давнем противостоянии с соседней Родонской империей.
– Α почему ты со мной во сне почти не разговаривал? И что это была за темница? — спросила Полина.
— Какая темница?
— Ну с решетками на окнах. Где ты мне снился.
— А я тебе снился?
– Α я тебе — нет? — расстроилась Полина.