Кроме того, они не показывались тогда, когда камень был у Хели, и среагировали только на Идрес. Хайен чувствовал, что сдерживать темную магию становится все труднее. Инстинкт подсказывал, что эта штука опасна. Коричневый камень в руках Идрес медленно обрастал полупрозрачными щупальцами, пока короткими и тонкими. Они вяло шевелились."
"Эльфийка их явно не видела и не чувствовала. Идрес смотрела то на камень, то на Хайена. А затем чувство опасности резко обострилось. Камень выпустил новый щуп, тонкий и длинный. Младенец на руках у Лии зашелся плачем.
Темная магия снесла все заслоны, Хайен захлебнулся собственной силой. Хели крикнула:
— Хайен, нет!
Едва заметная боль в голове стала невыносимой и швырнула юношу в беспамятство.
Сознание возвращалось медленно. Сначала Хайен ощутил под собой холодный каменный пол, затем струящееся по вискам тепло. От голосов друзей заболели уши, и к горлу подкатила тошнота.
— План был идиотский, — возмущался Энди. — Это ты виновата…
— Он согласился на это сам, — возражала Микаэла.
— И тебе нельзя было воздействовать на него! — сердито произнесла Хели.
— Нужно было дать Хайену убить ее? — фыркнула в ответ ищейка. — Ты и сама понимаешь, что он прошел по грани!
— Он ни разу никого…
— Вот я и сделала так, чтобы этот раз случился не сегодня, — огрызнулась Мика.
Голос Идрес прозвучал совсем близко:
— Прекратите. Все обошлось. С Хайеном все будет хорошо.
Юноша открыл глаза и понял, что лежит на полу. Идрес сидела рядом, ее зрачки слабо светились синим, а успокаивающее тепло лилось на виски с кончиков ее пальцев.
— Что… произошло? — прохрипел Хайен.
Идрес бросила предостерегающий взгляд на остальных и коротко ответила:
— Ничего не поправимого.
— А поправимое? — кривясь от боли, спросил он.
Юноша обнаружил, что голова раскалывается, а магия Идрес не убирает неприятные ощущения, а только маскирует.
Эльфийка саркастично произнесла:
— Да тут одна первокурсница воспользовалась ментальным ударом, который ей еще не положено знать, и который не имеет права применять.
— Отец научил меня и… — попыталась возразить Микаэла.
— Это не дает тебе никаких прав, — оборвала ее Идрес. — И силу нужно рассчитывать с филигранной точностью!
Мика угрюмо отозвалась:
— Я испугалась.
— Ты ищейка или кто? — взъярилась эльфийка.
— Ты тоже ищейка. И скрываешь темного от своих.
Голос Мики был холоден, как лед.
Хайен почувствовал, как дрогнули пальцы Идрес на его висках.